Вынес Гриша полный контейнер да денег не получил. Так и не узнал он никогда, что мать его вместе со Степаном купили небольшой домик под Москвой. Еще машину и небольшую СТО, чтобы Степе, у которого с детства «золотые руки», было чем заниматься. Ну и припрятала она немного на «черный день». А у Гришеньки, сыночка ее родного, ноги отнялись на нервной почве. Видно уж очень ему денег этих хотелось. После того как рассказала она о том, как у нее отобрали контейнер и едва не убили. А уж о деньгах и спрашивать не пришлось. Она здесь подзадержалась, а Степан, уже через неделю после того как у Григория с ногами беда случилась, тихо уехал в Подмосковье. Обживать новый дом да руководить своим новым делом.
И теперь, спустя каких-то полгода, он лежит как брошенный пес на пороге собственного дома, бездумно глядит в небо и перед глазами мелькают, словно в калейдоскопе, сцены прошлого. Ведь настоящее его скоро подойдет к концу, а будущего нет и подавно. Никто не придет его спасать. Невидимые частицы – убийцы уже проникли и продолжают проникать в его тело, неслышно пока терзая и уничтожая его кровь и органы. Этих убийц нельзя поймать и запереть в камерах, нет и применимых к ним мер наказания. Григорий прожил еще три дня. Потом перед его воспаленным взором появилась она. Невозможно прекрасная, даже красивее, чем в жизни. Она смеялась и кружилась перед ним, заигрывая и дразня. Едва он коснулся ее, как мир умер, и он провалился в бездну.
2012 год 16 июля.
-Нет! – Кричал он и пытаясь вскочить, забыв, что парализован. От его тела отскочила странная плешивая тварь. Теперь она стояла неподалеку, широко расставив мускулистые лапы, наклонив голову и утробно рыча. – Пошла вон! – Он замахнулся на тварь рукой и с удивлением оглянулся на ветхий дом, на пороге которого лежал. Странно, он же уснул ненадолго. Или это бред? Он совершенно не помнит, что произошло. В голове странная, звенящая пустота. Ему что-то снилось… он вроде умер…
-Ты действительно умер. – Раздался насмешливый голос у покосившейся от времени калитки. – Я могу войти? – Спросила девушка и шагнула вперед. – Хотя, что это я? Это моя территория, я здесь хозяйка. – Она медленно приближалась к крыльцу и телу на нем, словно одеждой, прикрытым остатками кожи и мышц.
-Ты! Это ты! Но как? – Он не хочет смотреть на гостью, но и оторвать взгляда не может. – Ты еще красивей, чем раньше.
-Ну да. – Кивает Катенька головой. – Я здесь ВСЕ. Почему же мне не быть красивой? – Она раскинула руки и закружилась у крыльца, подняв лицо к стремительно темнеющему небу. Чернота, словно раковая опухоль, расползалась от четвертого разрушенного блока атомной станции.
-Что происходит? Что это? – Он сжимается от охватившего его страха.
-Это Я! – Кричит девушка и ее голосу внемлет все живое и мертвое. – Я иду! Теперь я живу! И все живет со мной, во мне и для меня! Я – Зона! - Раскаты грома вторят ей, и алые росчерки молний мечутся над саркофагом, ставшим ее могилой и местом ее воскрешения. – Мне нужны слуги. Готов ли ты служить мне? – Обернулась она и прожгла его взглядом.
-Да. – Хрипит он скованный ужасом. – Да, моя госпожа. – Она лишь смеется в ответ, и ветер играет ее длинными волосами.
-Мне нужны души. – Кивает она головой. – Много душ. Снедаемых страхом, алчностью, завистью. Они придут. Ты страж Исполнителя. Они будут рваться к нему, желать его. Они получат то, чего хотят. И будут питать меня силой своих желаний, силой своих пороков. – Она засмеялась, и от этого смеха родился свет. Яркий, мертвенно белый, он перекраивал эту и без того зараженную землю, вспарывая, вытаскивая на свет секреты, что спрятали здесь ученые, в надежде, что периметр и карантинная зона скроют их дела от глаз непосвященных. Свет переиначивал все живое под свои, особые, мерки. В этом мертвом, невыносимо белом и горячем свете он корчится и кричит от боли у ее ног. Капля, сорвавшись с порабощенного новой силой неба, с самого гребня ветра, обожгла его шею. Боль разрасталась, становясь все сильнее. Киселеобразная субстанция поглощала его голову, наделяя новыми чувствами и органами. Отростки прорастали в нервные окончания спинного мозга, приводя в действие ноги. Измененное сознание полностью овладело им. Он более не человек. Когда трансформация окончилась, боль утихла, затаившись где-то глубоко. Под холодным, насмешливым взглядом Зоны он поднялся на ноги и стоял, опустив то, что стало теперь его головой, ожидая приказа.