Через несколько минут все присутствующие стоя ожидали, пока судья зачитает приговор. Даня, переминаясь с ноги на ногу, всё ещё отходил от неприятной стычки, успокаивая своего внутреннего зверя и тратя немало энергии на показное спокойствие. Невыносимая духота в зале побеждала в неравном бою с единственным кондиционером, который, скрипя под тяжестью многовековой пыли, гудел разве что для вида.
— Оглашается приговор суда! — раздался надрывный голос.
Спёртый воздух и томительное ожидание сделали своё дело, вытянув из Дани последние силы. Тяжёлые веки то и дело застилали глаза, в ушах стоял шум, заглушающий речь судьи. Выбрав объектом концентрации отпечаток женской туфли на носке обуви, Даниил терпеливо перебирал в голове беспорядочные мысли ровно до тех пор, пока его вниманием не завладели меняющиеся физиономии напарников. Надменная улыбка на лице Антона сменилась удивлённой миной с выпученными глазами. На губах Глеба застыл немой вопрос, и он, разведя руками в стороны, покачал головой и опустил её на ладони, сжимая пальцами виски.
Полностью отрезветь Даню заставил взгляд грудастой мадам. Излучая до сей поры испепеляющую ненависть, он вдруг наполнился ликованием, а его обладательница издала победный клич, подняв обе руки вверх.
На Даню медленно снизошло озарение, и причина такой резкой смены обстановки в зале начала постепенно вырисо- вываться в затуманенном мозгу.
— Ясен ли вам приговор?
Поняв, что обращаются к нему, он в растерянности кивнул и с вопросительной интонацией в голосе произнёс:
— Да?
— Вы можете обжаловать его в течение десяти дней с момента оглашения. Судебное заседание окончено.
Последние слова вызвали в зале полную вакханалию, и судья второпях удалился, сверкнув напоследок лысеющим затылком. Бешеная дамочка в очередной раз ударила себя в грудь ладонью и, словно радостный орангутанг, махая руками во все стороны, скрылась за дверью. Антон и Глеб, пытаясь пробиться к выходу сквозь образовавшуюся толпу орущих журналистов, что-то кричали Дане, но их слова тонули в океане беспорядочного гула. Полноватый мужчина в мокрой рубашке, который находился в зале на протяжении всего процесса, не выдержал такого напряжения и упал в обморок, а его спутница принялась бегать вокруг, создавая потоки воздуха маленькой дамской сумочкой. Дане почему-то стало его жаль. Он пристально смотрел на бледное лицо, с которого скатывались тяжёлые капли пота, пытаясь припомнить, почему же это самое лицо казалось ему таким знакомым. Женщина, заменявшая несчастному вентилятор, уловила этот взгляд и не удержалась от своих нравоучений.
— Говорила я тебе, не связывайся с ними! Сдался тебе этот злополучный завод! Ты его видел? Посмотри на него, — всё это время её палец указывал в сторону Дани, судорожно болтаясь из стороны в сторону. — Ему? Ему ты доверил все наши сбережения? — причитала дамочка, ошарашенная вынесенным приговором, о котором Даниилу приходилось только лишь догадываться.
От последних слов оклемавшийся было мужчина снова уронил голову на грудь и растёкся по полу, провоцируя у своей несчастной жёнушки новый приступ паники.
Мелькающие картинки и любопытные лица журналистов смешались в общий суп, вызывая приступ тошноты.
— Не стоило вчера так много пить, — неожиданно для самого себя вслух пробормотал Даниил.
— Как вы прокомментируете решение суда?
— Каковы ваши дальнейшие действия?
— Будете ли вы обжаловать приговор?
Пробираясь к выходу, Даня тонул в надоедливых вопросах и безуспешно пытался скрыться от ярких вспышек фотоаппаратов, усиливающих острую боль. Выйдя на крыльцо, он жадно вдохнул свежий воздух и огляделся по сторонам в надежде увидеть своих товарищей. Ни Антона, ни Глеба найти не удалось, и вместо этого ко входу подъехала чёрная «Ауди», разрезая колёсами глубокие лужи.
Не дожидаясь появления всё ещё преследовавших его журналистов, Даниил открыл дверь автомобиля и рухнул на заднее сиденье.
— Домой, — бросил он водителю, устраиваясь поудобнее.
— Как всё прошло? — поинтересовался белобрысый парень в тонкой вязаной шапочке.
— В общем-то... Кажется, не очень.
— Ух, и погодка сегодня! Весь день дождь льёт, похолодало! Может, включить кондиционер?
— Просто заткнись! — обрубил Даня все дальнейшие вопросы, чем ничуть не обидел скромного парня, который молча кивнул в ответ и приглушил звук радио.
Наблюдая за крупными каплями дождя, которые звонко стучали по стеклу, превращаясь в маленькие ручейки, Даниил приложился лицом к холодному окну, поглядывая на унылый город. Порывистый ветер напоминал о приближении осени и подгонял хмурых прохожих, которые, укрывшись зонтами, уныло бежали по улицам. Серые картинки уходящего лета скучным фильмом мелькали перед глазами, и монотонный звук двигателя позволил наконец закрыть глаза и обессиленно утонуть в обволакивающей дремоте.