В металлической беседке, прячась от холодной, сыпавшей с неба, мороси, сидело несколько пацанов и, раскрыв рты, слушали своего сверстника, что не в лад и не в такт, ломким голосом пел про молодого пацана и злую погоню, идущую по следам беглеца. С того вечера и закрутилось. Семен больше не нуждался в денежных средствах, за ними надо было только не поленится и прийти вечером за своей долей. Были у Березы неудачи, были падения. Три месяца назад Семен неделю прятался у свояка в деревне, так как грабежи, устраиваемые пацанами, одетыми в одинаковые коричневые пальто, местным ментам надоели, и они вывернули наизнанку весь детский дом. Вся бригада Семена, кроме двух, самых хитрых, съехали в более строгие учреждения по воспитанию подрастающего поколения, и жулик, содрогаясь от страха, ждал, когда за ним придут. Но время шло, ничего не происходило, и Семен, с помощью оставшихся на свободе, самых хитрожопых, сколотил новую бригады, только возле их детского дома гадить перестал, да и вообще…
Если бы жулик знал, что его «производство» стремиться к понятию безотходного, он очень бы удивился. В отличии от своих коллег, что вырвав у зазевавшейся тетки сумку, потрошат ее за ближайшим углом, безжалостно выбрасывая все кроме денег, скупая душа Семена резко увеличила КПД преступного промысла. Пацаны, совершив грабеж или кражу, стаскивали сумки, вместе с содержимым в укромные тайники, забирая оттуда только деньги. В выходной день гражданин Борисенко, выглядевший в последнее время вполне респектабельно, купив вполне приличный костюм и шляпу, с большой спортивной сумкой, обходил места хранения похищенных вещей. Сумки, кошельки, импортную косметику и другие вещи в хорошем состоянии, он сдавал своей сожительнице, что работала в комиссионном магазине возле центрального рынка. Паспорта, по пять рублей штука, сдавались бригаде мошенников, что выходили на потерпевших и за сумму «сколько не жалко», но не менее двадцати пяти рублей, возвращались владельцам, так как восстанавливать документы официально было гораздо более хлопотно и тягомотно.
Какую-то сумму денежных средств Семен сдавал знакомому «авторитету» на общее дело и был вполне доволен собой. Вот и сегодня, без ущерба для одежды, Семен преодолел забор и быстро двинулся к остановке троллейбуса, мысленно уже опрокинув в себя пару стопок «беленькой» и навернув горячего борща, который мастерски готовила его подруга на говяжьей косточке…
За спиной раздалось утробное рычание, и Семен с опаской посмотрел за спину — крупных и агрессивных собак он боялся с лагеря.
За спиной, почему-то не замеченный ранее, стоял темноволосый парень, держа на коротком поводке большую темную немецкую овчарку.
— Собаку в наморднике водить надо! — сварливо сказал Семен, в последнее время, покидая территорию детского дома, привычно накидывающий образ «приличного гражданина».
— Тебя не спросил. Документы предъяви.
Семен закатил глаза и вздохнул — вместо мирного собаковода, что вывел своего «кабысдоха» пописить перед сном, урке не повезло нарваться на мента, еще и с собакой.
— В чем дело, товарищ? — ментовской проверки Семен не боялся, вместо обычной для сидельца справки об освобождении, которые его коллеги таскали вместо паспорта годами, и что на любого мента действовало, как красная тряпка, у него давно был паспорт и, даже, с пропиской. Даже местом работы озаботился товарищ Борисенко, числясь сторожем в строительном управлении.
— Демон!
Пес припал к земле, обнажив огромные клыки и готовясь к прыжку, короткий брезентовый поводок враз удлинился, предоставив собаке свободу действия.
— Эй, начальник, хорош! Придержи пса, вот паспорт в кармане! — нервы Семена не выдержали, притворятся больше не хотелось, хотелось показать паспорт этому отмороженному менту и оказаться как можно дальше от него и его пса с голодными глазами.