Я сделал шаг за ней, потом ещё и ещё. Вдруг увидел, как она неожиданно покачнулась, словно запнулась обо что-то. Её ноги стали заплетаться, будто они её не слушались. Совсем как тогда, у торгового центра. Она пыталась идти вперед к машине. Сейчас она упадет! Всё это промелькнуло за какие-то доли секунды.
Таня, Танечка! - я, что было сил, рванулся к ней, забыв про все свои обиды. У неё подогнулись ноги. Если бы она упала, ударилась бы со всего размаха головой о ледяной бетонный тротуар. Успел, подхватил её голову и спину, буквально, в десяти сантиметрах от земли. Она была в обмороке. Попытался привести её в сознание – бесполезно! Тогда схватил её обмякшее тело на руки, тащу к машине, усаживаю на заднее сиденье, она сразу валится в сторону. Сажусь рядом, обнимаю её, крепко держу. Таксисту велю ехать в ближайшую больницу. Районная - ближе всего. Значит, туда!
Мы на месте. Сунул таксисту тысячную, вытаскиваю Таню из машины, несу к приемному покою. Звоню, открыли сразу. Положили на каталку, сняли с неё шубу и сапоги, отдали мне. Увезли по коридору. Медсестра в приемном покое пытается заполнить формуляр, расспрашивает:
-Что случилось?
-В обморок упала.
-Вы ей кто?
-Муж, - говорю, почему-то немного смущаясь.
-Как её зовут?
- Карпова Татьяна Валерьевна.
Далее по списку: дата рождения, домашний адрес, место работы. Называю всё правильно.
Присаживаюсь в тесном полутемном коридорчике на кушетку, с волнением жду.
Через полчаса приходит врач, спрашивает:
-Это Вы девушку недавно привезли?
Я вскакиваю, спрашиваю у него:
-Доктор, что с ней?
-Ничего страшного, к счастью, не случилось! Она пришла в себя. Просто резкий скачок давления. Переживания, может быть?
-Да, переживания, - соглашаюсь я.
-Поберегите свою жену! Ей волноваться нельзя! С давлением шутки плохи!
Она могла упасть, удариться головой. А это верное сотрясение. Ей сейчас стабилизировали давление. Она проспит до утра.
-Я могу её увидеть?
-Вообще-то у нас не положено, - замялся врач.
Сую ему три тысячные бумажки в карман его халата.
-Я могу остаться у неё на ночь, подежурить в палате?
Он удовлетворенно смотрит на меня, просит у медсестры халат, протягивает мне.
-Да, пожалуйста! Только халат наденьте!
Мы в палате. Она неподвижно лежит, лицо бледное. Дотрагиваюсь до её руки. Чувствую, как её рука тихонько шевельнулась. На лице появляется искренняя радостная улыбка:
-Славочка, ты со мной?
-С тобой!
-Напугала я тебя, наверное?
-Да, есть немного! – беру её руку в свою, целую.
Она вдруг отворачивается, всхлипывает.
-Ну, что такое, маленькая моя?
-Я и правда тогда чуть не умерла, когда прогнала тебя прочь. Прости меня за всё! Я тебя очень люблю!
-Уже простил. И я тебя люблю.
-Что теперь с нами будет?
-А что теперь? Ко мне поедем, как из больницы отпустят! Я тебя не отдам никому, понятно?
-Слава! Ничего мне не обещай! Хорошо?
-В смысле?
-Может случиться так, что ты не захочешь со мной жить.
-Это ещё почему?! – удивляюсь я.
-Не хочу тебе обузой быть!
-Да почему обузой-то?!
-Я больна, серьёзно и неизлечимо, - признается Таня.
Она рассказывает мне о своем диагнозе.
Потрясён. У меня просто нет слов. Пару минут прихожу в себя. Пытаюсь осмыслить ситуацию, ничего путного не выходит.
-Я не хотела, чтобы ты знал об этом. Не хотела, чтобы ты был со мной из жалости или из сострадания. Знаю, я поступила очень эгоистично, может быть даже цинично и подло, но, мне так хотелось быть счастливой немного подольше! Пусть даже на пару дней.
Помнишь, я однажды спросила тебя:
«Что бы ты сделал, если бы узнал, что жить тебе осталось очень мало?»
-Помню. Я ещё пошутил мрачно, как в старом анекдоте: «Раздал бы долги!»
-Точно! – улыбнулась Таня, - Так вот, я старые долги свои раздала. А теперь, вдруг, новые появились.
-Это - какие? И что за долги? – недоумеваю я.
-Именно поэтому меня заставили расстаться с тобой! А я не хотела. Но, не знаю, сможешь ли ты простить меня?
-А в этот раз за что?! – меня уже напрягает эта ситуация.
Дорогая, я уже не знаю, чего от тебя ждать! – немного нервно говорю ей.
Она вздохнула, протянула ко мне руки:
-Можно я тебя обниму? Вдруг это в последний раз?
Осторожно приподнимаю её, обнимаю её сам. Она садится на кровати, обхватывает меня крепко-крепко, кладет голову мне на плечо, замирает так на мгновение, потом тихо говорит:
-Славочка! Я была очень неосторожна. Влюбилась в тебя без памяти. Забыла про всё! - и уже совсем мне на ухо, - Я беременна.
-Что?! - непроизвольно вырывается у меня, я резко отстраняюсь от неё.
Она тоже отшатнулась от меня, закусив губу, в глазах испуг и отчаянье.
Я смотрю в эти глаза – не врёт! Не даю ей опомниться, прижимаю к себе, целую взахлёб:
-Танечка, родная моя! Любимая! Неужели, правда? – моя улыбка успокаивает её.
Она облегчённо выдыхает, радостно прижимается ко мне.
-Правда! Седьмая неделя идёт. Я сама вот недавно узнала.
-Постой, а как же твоя болезнь? – вдруг говорю я, улыбка моментально слетает с её лица.
Она замолкает, опускает взгляд. Потом осторожно поднимает на меня глаза, в них слёзы.
-За рубежом выхаживают и шестимесячных детей, мне нужно продержаться не меньше четырех месяцев. Можно искусственно поддерживать мой организм. Только это стоит очень больших денег! Алексей сказал, что даст денег, сколько потребуется! Ему нужен наследник! Только при условии, чтобы ты о ребёнке не знал, а я должна порвать с тобой все отношения!
-Так ты поэтому?!
-Слава! Я прекрасно понимаю, что если даже собрать все деньги, какие у нас с тобой будут, мы не сможем набрать нужную сумму. А ребенка я очень хочу сохранить! Твоего ребёнка, - она улыбнулась так искренне и светло.
-Глупая! Да ради тебя и нашего ребёнка я сделаю всё от меня зависящее, всё возможное и невозможное! Не бойся ничего! Я же с тобой!
-Знаешь, мне совсем не хочется уезжать за границу. Здесь есть хорошие врачи!
Послушай, Никонов и Завидовский что-то задумали против тебя! Будь осторожен!
Я сама слышала, как Владимир говорил:
-Карпов сделал своё дело – Карпов может уходить!
Ухмыляюсь: тоже мне, Отелло нашли! Не дождутся!
-Танюша! Никонов обещал сегодня приготовить документы о вашем разводе. Чтобы тихо и мирно. Без желтой прессы. Я поеду к нему вечером после работы. Тебя уже отпустят из больницы?
-Да, наверное!
- Если отпустят, тогда жди меня у Никонова. Для него - я про ребёнка не в курсе! Знаю только про твою болезнь.
-Ой, я же тайком убежала! Меня Ира Зимина выручила, у Никонова отпросила в клуб. Надо хотя бы маму предупредить! Позвони ей, скажи, что я здесь! Я с её телефона тебя набирала. А ты не отвечал.
Смотрю телефон: ничего себе! Пятнадцать пропущенных звонков!
-А я думаю, какой-то номер левый, незнакомый!
-У меня же мобильник отобрали, поэтому я с маминого набирала.
-Ладно, сейчас позвоню! – набираю номер будущей тещи.
-Ольга Александровна! Это Карпов.
-Здравствуйте, Стас!
-Извините, что поздно! Я звоню по поручению Тани, она в больнице. Вы не беспокойтесь! Ничего страшного! Просто опять давление подскочило. Утром приезжайте её проведать, а, может быть, домой забрать.
-Спасибо, Стас! Всего доброго!
-До свидания! – я положил телефон на тумбочку…
========== Часть 33 ==========
<tab Утром рано приехала Ольга Александровна. Она, в белом больничном халате, накинутом поверх модного брючного костюма, смотрелась строго. Она зашла в палату очень тихо. И, улыбнулась: