Пока мы идем от парковки к входу и поднимаемся в лифте, меня греют мысли о моем плане избавиться от надзора Давида и вернуть свою свободу. Я даже не замечаю, как расплываюсь в улыбке, а вот Давид это точно приметил, потому что пристально меня разглядывает. Как и всегда. Пусть думает, что хочет. Сегодня победа будет за мной.
Нас встречают Зара и Коста, подруга как-то особенно крепко меня обнимает и оглядывает с ног до головы. Списываю это на то, что давно не виделись. Нам проводят короткую экскурсию, Давид еще тоже не был в новой квартире ребят. В ней три спальни – хозяев, гостевая и будущая детская. Отмечаю, что мне будет где сегодня остаться на ночь и план точно сработает. В квартире также 3 санузла, большой балкон с панорамными окнами, кабинет и огромная кухня-гостиная, куда мы и отправляемся. На столе уже сервирован красивый ужин, напоминающий застоялья из поездки в республику. Вот только мясо не готовят мужчины на углях, а Зара достает из духовки. Невольно вспоминаю не только кухню, но и природу. Обязательно нужно повторить поездку в горы.
Коста нарезает сочный кусок мяса, запеченный с травами, и раскладывает всем на тарелки. Сыр, овощи, зелень, я и правда будто вернулась в республику. Заметив мой восторг смешанный с удивлением, Зара отмечает, что к ним приезжали родители Косты и привезли любимые продукты из родных мест. Давид высказывается, что надеется, они не в обиде, что он не смог заехать и увидеться. А я в который раз ощущаю чувство вины, ведь он никуда не выезжал из-за меня. С другой стороны я не просила меня сторожить.
Хозяин разливает всем по бокалам вино, нас привез и заберет водитель, точней заберет, конечно же Давида, поэтому он не отказывается. Прежде чем наполнить мой бокал, Коста вопрошающе смотрит на Давида, а тот еле заметно кивает, но я улавливаю. Я же тушуюсь, и вежливо сообщаю, что не пью алкоголь. И это не лукавство. Я действительно не люблю алкоголь. Как-то у меня с ним не сложилось. Нет, не в том смысле, что я не умею пить и не контролирую себя. Просто эти напитки символизируют для меня опасность. И теперь особенно не хочется пить вино, потому что Давид – разрешил. Мне ведь не показалось?
– Это легкое домашнее вино. Не обижай бабушку Ларису, – произносит Коста, – Попробуй, тебе понравится, – коротко завершает и широко улыбается.
– Злата, вино и правда очень вкусное и легкое, – поддерживает его Зара.
Под напором хозяев я сдасюь, и соглашаюсь попробовать. Не хочется их обижать. Благо Давид промолчал и не участвовал, благодаря чему внутренний протест немного стих.
После плотного ужина на столе остаются лишь легкие закуски в виде сыра. А вот вино и не думает заканчиваться. За приятной беседой я не заметила, как опустошила целых два бокала.
Вино легкое, но весьма коварное. Рассказы ребят о свадебном путешествии перешли к рассказам о детстве Косты и Давида, скорей к детству первого и юношеству второго, а затем к истории нашего с Зарой знакомства. Чувствую себя на двойном свидании, но вино расслабило, и я просто наслаждюсь обществом друзей, не акцентируя внимания на самоуверенном мужчине, что положил руку на стул, за моей спиной. Незаметно разговор переходит к знакомству со мной. Я не люблю рассказывать о своем прошлом, даже Зара знает о нем только в общих чертах.
– И что ты прям ана сцене танцевала балет? Я признаться такое только по телевизору видел, не ценитель, – задает вопрос Коста и говорит открыто. Я не в обиде, я сама балет не особо люблю
– На самом деле всего три раза я выступала с труппой на сцене театра. Да, я закончила балетное училище, отдала этому много лет свой жизни. Но я, как ты выразился, и сама не ценитель. Это была мечта мамы, сделать из меня балерину. Она хотела, чтобы я была настоящей девочкой, а не первой хулигнкой во дворе, и выбрала такой не ординарный способ. У меня достаточно хорошо получалось. Но типаж не тот. Рыжая, кучерявая, с веснушками круглый год – я выделялась. А в балете все должны быть как на подбор. В 18 я ушла из балета и уехала из родного города, – отчего то вдаюсь в подробности, а ведь могла сказать односложно – да или нет.
– Ты выросла в Новосибирске? Холодный и суровый край, – улыбается Коста.
– Да. Зимой весьма холодный, а летом жаркий, пусь оно и короткое, не такое как на юге. Суровых людей хватает везде, – отмечаю, вспоминая свои недавние приключения. Ребята слушают внимательно, особенно каждого мое слово ловит Давид. И я начинаю улавливать, что беседа превратилась в мой допрос.
– Твои родители остались в Сибири? Так легко отпустили тебя в столицу?