У машины, закинув сумки в багажник, подходит ко мне, но я уже ловко забираюсь сама. Хватит со мной нянчиться, как с ребенком.
Трогаемся с места, получаю сообщение от Зары, с вопросом, как я. Подруга волнуется, я ведь утром ей не позвонила и не написала, как обещала, замечаю пропущенный вызов. Прикусываю нижнюю губу изнутри от досады. Вот уж точно кого не хочу волновать так это Зару, особенно сегодня.
Люди проявили гостепреимство, позаботились обо мне, а я неблагодарная получается, ищу во всем подвох.
Марине я и правда благодарна, она замечательная. Давид же надменный индюк. Хотя, мы ведь в горах? Значит, упрямый баран. И непонятно, кто все-таки виноват в том, что я чуть не угодила ему под колеса.
Отправляю Заре сообщение, что все порядке. Что у нее чудесные будущие родственники.
Нога предательски ноет. Вот угораздило же меня получить травму в день, когда единственная подруга выходит замуж. Не то чтобы я этому событию рада, но я должна быть в форме.
Вдруг она передумает и захочет сбежать? Кто ей еще поможет?
Я теперь и хожу то с трудом, не то что бегать.
Через неделю у моих младших соревнования внутри клуба. Я должна быть в строю. Тихо завываю себе под нос. Ох, что это я? Надеюсь меня не услышали.
Марина что-то печатает в телефоне. Давид сосредоточен на дороге. Я сижу сзади, по диагонали от него, и теперь могу разглядеть, украдкой.
Нос с небольшой горбинкой, широкий лоб. Седина на висках и щетина такая же. Сколько ему лет? 35, 40? Вот ни черта же непонятно. Да и какая разница? Как говорила моя бабушка, мне с ним детей не крестить.
Останавливаемся на выезде из города, возле какого-то супермаркета. Разглядываю вывески – цветы, аптека, овощи и фрукты, пироги.
Давид возвращается, садится на водительское место, разворачивается назад и протягивает мне какую-то коробочку и бутылку воды.
– Выпей обезболивающие, одну таблетку сейчас и одну на ночь.
– А если у меня аллергия? Или спортивные врачи назначают лечение без рецептов, – возмущаюсь и демонстративно ничего не беру.
Решил, что может мной командовать. Я к врачу на прием не записывалась. И нарушать мое личное пространство никому не позволю.
– На них не бывает аллергии, – коротко отрезает, продолжая держать вытянутой рукой.
– Да и нога не болит, это лишнее, – не знаю как еще от него отбиваться.
Продолжает давить взглядом.
– Я заметил, – тяжело вздыхая и еле слышно, а потом громко и властно, – Злата, позаботься, пожалуйста, о себе. Ведешь себя, как ребенок. Ты едешь на свадьбу, часть дня проведешь на ногах, – осуждающе качает головой, – Или мы сейчас развернемся и я отправлю тебя в больницу, отдыхать и восстанавливать ногу.
Хмыкнув, выхватываю из его рук таблетки и воду. Отворчаиваюсь к окну, демонстративно ничего не пью.
Нет, я не испугалась. Ничего он мне не сделает, не имеет права. Просто я злюсь от того, что он мной командует. Я его знаю пару часов. Да я его вообще не знаю, как и он меня. Но не хочу вступать в конфликт. Чувствую, что еще чуть-чуть и меня понесет. Сегодня свадьба подруги, и ничего не должно испортить важный для нее день. Это мне приходится принять.
Автомобиль начинает движение, вновь украдкой смотрю на Давида. Искоса и изредка, чтобы не заметил. Он напряжен. В очередной раз ловит мой взгляд в зеркале дальнего вида, слегка покачивает головой.
Сдаюсь. Открываю коробочку, достаю блистер, выдавливаю на руку таблетку. Закидываю в рот, глотаю, запиваю водой, морщусь. Ловлю новый взгляд, он улыбается краешками глаз. Надменный баран.
Марина в это время молчит и просто наблюдает за нами. Не заступается ни за меня, ни поддерживает Давида. Держит нейтралитет. Не знаю, хорошо это или плохо. Правильно или нет. Наверное, это то самое мужчина прав, он умней, ему видней. Злата бы за меня заступилась. Она мягкая, не конфликтная, но умеет сглаживать углы.
Примерно через полтора часа мы приезжаем в небольшое село. Вокруг раскинулись поля и виноградники. На горизонте виднеются горы. Они стали еще ближе.
Горы для меня пахнут свободой. Кажется, что в горах не должно быть условностей. Склоны здесь сочетают в себе подножие утопающее в зелени лиственных лесов и сверкающие на солнце снежные вершины.
Но это не так. В горах можно выжить следуя правилам. На равнине все гораздо проще. Вот только люди, как мне кажется, любят усложнять.
Марина объясняет, что делегация жениха приехала за невестой. Смеется, что теперь я в их команде.
Коста вместе со своими шаферами забирает невесту из дома родителей. Я поняла, что это что-то вроде выкупа.
По рассказам Марины традиции претерпели изменения, и каждая семья следует им настолько, насколько считает нужным. Если ты устроишь светскую современную свадьбу никто тебя не осудит. Но молодежь старается поддерживать обычаи.