Девушка молчит. Смотрит на меня так, будто я только что разрушила все ее планы и мечты.
Срываюсь с места и вылетаю из уборной. Я хочу помыть руки, потому кажется они снова грязные. Я хочу в душ, потому что ощущаю себя в грязи с ног до головы. Но не могу помыть даже руки, потому что в уборной осталась его шлюха, которую он трахает каждую ночь.
Ничего не могу поделать с тем, что происходит внутри. Собственная реакция на все это злит неимоверно. Я не понимаю почему… Почему я так злюсь. Неужели… мне не все равно? Неужели…
Вижу Айдарова, он ждет меня за углом. Видит как я мчусь вперед и вопросительно выгибает бровь. Я даже не притормаживаю. Не хочу его видеть. Не хочу с ним говорить.
Проношусь мимо, не реагирую, когда он рычит мое имя. Просто несусь вперед. Сбегаю по ступенькам. Наивная, верю, что смогу отсюда сбежать, от него. Все еще верю…
— Остановись, — снова его рык, только в этот момент мои ноги и правда останавливаются, потому что его пальцы сжались на локте и дернули назад так, что я впечаталась в его торс со всей силы.
— Отпусти, — шиплю, вырываюсь.
Айдарову приходится затянуть меня в какую-то комнатку. Совсем маленькую. Здесь мало места и дышать сложно. Еще и он стоит напротив и прожигает яростным взглядом.
Дышу часто, от чего грудь вздымается выше.
— Какого хрена ты вытворяешь?! — Рычит в лицо, а я отшатываюсь назад. Страшно. Видеть его в таком состоянии страшно. Но мое чувство самосохранения спит в этот момент, потому что я шиплю ему в ответ то, что совершенно не собиралась говорить.
— Значит мне нельзя ничего, а тебе меня позорить можно?!
Внутри все бурлит от эмоций и я никак не могу с ними совладать.
— Что за бред? — Он злится, не понимает, о чем я говорю. Сводит брови на переносице.
— Твоя шлюха, только что рассказывала мне в подробностях как ты имеешь ее каждую ночь! Какого черта я должна это слушать?! Ты приводишь меня туда, где есть твои подстилки! А в ответ от меня хочешь повиновения и соблюдения твоих правил?!
Наверное стоило вспомнить в этот момент где и с кем я разговариваю. И вспомнить то, что я, то особо права на претензии никакого и не имела.
Но черт бы его побрал, я сейчас себя чувствовала по локоть в грязи и погружалась в нее все сильнее и сильнее. Это он думает, что будет развлекаться с ней, а после приезжать и прикасаться ко мне? Как вчера?!
От этих мыслей щеки вспыхнули еще сильнее, а коктейль из ярости и гнева получился настолько взрывоопасным, что я начала переживать за последствия этого взрыва.
Айдаров прищурился, а после подался вперед так, что мне не оставалось ничего кроме, как вжаться в стену. Бояться его я не перестала. Тем более тогда, когда он так смотрел. Что аж душу на изнанку выворачивало.
— Что это, Лиза, ревность? — Мужик вопросительно выгнул бровь, а я громко сглотнула.
— Не дождешься, — выплюнула в ответ. Мой голос начинает звучать громче. Сердце то и дело ударяется о ребра. Я не знаю что это. Даже думать не хочу, что ревность. Потому что… Потому что в таком случаи получается, что я в полном дерьме. Получается, что у меня что-то есть к этому мужчине… А я совершенно этого не хочу!
— Кажется уже дождался, — криво усмехается, а после наклоняется так, что его горячее дыхание обжигает кожу лица. Мамочки… мое сердце сейчас вообще биться перестанет. Трусливо упадет в пятки и не станет подавать признаков жизни.
"Ловите промик на очень горячий и опасный роман=)) "Моя за долги " Ярл Конг coVmzZXr"
Мои глаза распахиваются настолько широко, что кажется я не смогу даже моргнуть.
— Я… что… ты…
— Устраиваешь мне сцену ревности на людях. Ведешь себя как капризный ребенок. Ты ведь вполне могла дождаться пока мы сядем в машину, но решила повеселить всех вокруг.
— Ой, прости, не могла… Ведь сесть с тобой в машину — означает находиться с тобой в одном пространстве! А мне мерзко, понял?! Что если я пойду и с кем-то…
Взвизгиваю, потому что Айдаров в этот момент со всей дури заезжает кулаком в стену над моей головой. Зажмуриваюсь и сжимаюсь в маленький комочек.
— Я стараюсь быть терпеливым, девочка. Но очень сложно это делать, когда ты провоцируешь каждую секунду.
Его дыхание утяжеляется, я это прекрасно слышу, понимаю, что он в бешенстве. Но, а я не могла по другому. Это мерзко, противно, отвратительно! Значит он не хочет чтобы ко мне кто-то прикасался. Угрожает физической расправой, а сам получается…
— Это нечестно, — глубоко вдыхаю и поднимаю лицо вверх, впиваюсь взглядом в его глаза, — не честно, когда у меня есть запреты, а ты себе позволяешь все что хочешь.