— Схема простая… — Влад снова налил водки в рюмки. — Менты сажают на крючок бывших зэков по двести двадцать восьмой статье. Делают предложение работать на них после отсидки, гарантируя прикрывать их жопы. Тех, кто позднее зарывается, снова сажают, если есть пробелы в статистике, и пополняют их ряды свежей, недавно откинувшейся плотью. Товар отжимается у таких барыг, как ты! — Влад ткнул в меня рюмкой, опрокинул ее и продолжил: — И продается ихними!.. Да ты и сам понял, как вес не доходит до статей. Мы уничтожаем соду. Наркоты в печах на этой показухе для телевизора нет. Таким образом, ты за товар-то платишь, пусть и по закупочным ценам, и, учитывая разницу с рыночной, ты все равно в шоколаде. А им закупать не надо. Ноль — себестоимость их товара. А еще сверху премия и повышение. Не говоря уже о бывших зэках, которые трудятся за полцены от став-ки твоих пешек, и почти никто не позволяет себе подвисать по долгам. Так что… по всем параметрам ты проигрываешь здесь 10: 0, — закончил повествование опер, опустошил рюмку и снова достал сигарету.
— Прикольно… — произнес я тихо и выпил свою рюмку.
— Людей всех срисовали, покатавшись за тобой неделю. Тебя съедят последним, когда уже больше никого не останется. Когда больше не будет причин вымогать у тебя деньги… возьмут и хлопнут. И такого умника, как ты, поверь, закроют на подольше, — рубанул Влад и откинулся на спинку лавки.
— Тебе-то че там не сиделось? Ты же не святой сам. Ленка твоя рот за зубами держать не умела. Говорила разное про тебя… — решил уточнить я.
— Да срать, что она там за меня базарила, — Влад выпустил клуб дыма, подтянулся за пепельницей, по-ставил ее ближе к своему краю стола и стряхнул в нее пепел. — Там, где я работал, не получится быть святым. Мир иначе устроен. Ты думаешь, мы не знаем, кто и чем занимается в городе?! А даже если и не знаем всех, то, думаешь, это сложно узнать?! Это работы на месяц. Плотной, хорошей… Максимум два. И потом за неделю одним колпаком всех накрыть… Да как два пальца! Две трети друг друга посливают. Одна треть одиночками пойдет… — он снова глубоко затянулся: — Работать над чем потом?! Это система ежемесячных списаний и распределения бюджетных средств. Это огромный кран, на котором сидят воры и чиновники. И стригут капусту. В городе должна быть постоянная статистика правонарушений. И это не только у нас так. Думаешь, в ГАИ иначе? Если в неделю должно быть сто превышений, значит, их должно быть сто. Их не может не быть. Не поймали норму бухих, платите наверх из своего кармана… Или же ловите трезвых и вливайте им водку в глотки… Да похуй! Не согласен? Вали нахуй! Другие придут… — Влад потушил бычок и закинул в рот кусок колбасы. — Гайцы каждый день сдают бабло, которое нащипали за смену, своему командиру. Тот несет заму, а тот, в свою очередь, непосредственному начальнику. А начальник подбивает капусту и раз в месяц летит с чемоданом отчитываться. И думаешь все, кто туда приходит работать, хотят так жить? Нет! Просто других вариантов нет… — опер снова взял графин, разлил остатки по рюмкам и маханул свою, не чокаясь. — А что касается меня… Я устал закрывать молодых ссыкунов за мелкие веса, ради статистики, и не иметь возможности сажать реальных бандосов, потому что с них кто-то кормится. Вот и весь расклад…
Влад крикнул официантке:
— Пива, пожалуйста!
Через несколько секунд в комнату зашла девушка: — Светлого? Темного? Нольтри? Нольпять? — Светлого, нольпять! Ты будешь? — он посмотрел на меня.
— Да. То же самое, — я достал сигарету. Девушка вышла. Я спросил у Влада: — Мне что посоветуешь в итоге?
— Не знаю. Завязывать… или делать тихо. Реально не знаю… Тихо — у нас не вариант. Большинство тех, с кем ты работал и работаешь, — дебоширы. Палевные. Вдолгую с такими нельзя. И большая часть из них — ссыкуны. Тебе нужны другие люди. Тебе бы и самому мозги прочистить. Твои тусовки по отелям и саунам с горами порошка — очевидное палево…
У Влада в куртке зазвонил телефон. Достав, он ответил:
— Да… Скоро буду… Скоро… Не ори! Ложись спать!.. — дал отбой и сказал мне: — Сейчас пива выпьем, и я поеду… а то сожрут.
— Да. Не вопрос. Я тоже уже устал… — Я и правда не знаю, что тебе посоветовать такого, чтобы у тебя все было хорошо, — Влад снова закурил. — Да и хорошо здесь не будет. Нужно много подвязок иметь… Обладать властью, чтобы чувствовать себя нормально в этом деле. Ты, вроде, тип неплохой…
— Только ссусь я и глухой…
— Что-то типа этого… Мягкий ты и очень наглый. Тяжело тебе будет. Ведь здесь как раз-таки наоборот следует делать… Мутить нужно тихо, но твердо и жестко.