В углу большой комнаты стояли его собственные тысячные «Пионеры», также пара «Техниксов», пульт и ноут, через который он, пользуясь «Трактором», сводил и играл на виниле любой цифровой саунд. Лишь единицы могли повыебываться такой системой в нашем чахлом захолустье. Он давно собрал полный комплект нужной ему акустики и прибамбасов, чтобы с легкостью можно было организовать тусу в помещении квадратов на сто. «Да, заебись, когда все свое!» — услышал я как-то от него. Болгарин не любил ничего просить у других, да и сам неохотно разбазаривал нажитое. Мне нравилось болтать с ним о музыке и творческих планах. Разница между нами была лишь в том, что он день ото дня что-то да делал… Писал что-то свое… И даже, если выходило слабо, не парился и пробовал снова… Тренировался в использовании новых звуков и примочек. А я… а я лишь только пиздел… Видимо, поэтому наши диалоги на тему творческих порывов не длились дольше часа. Об искусстве и творчестве мало только говорить… Это все нужно чувствовать, слышать, видеть, вкушать… Наконец, дышать этим… Нельзя заставить человека восторгаться картиной или песней, лишь тупо описав, какая крутая она была. Да, вы, может быть, и подорвете интерес вашего слушателя на какое-то мгновение, но подрыв окажется холостым… Взрыва не будет.
Мы обосновались на его кухне. Заварили чая. Переглянулись, улыбнулись и завязали беседу:
— Ну, рассказывай! — начал Болгарин. — Да че рассказывать. Я за десяткой, которую ты предлагал. Предложение еще в силе? — Да, конечно. Тогда все ровно вышло? Все довольны?
— Да, все нормально. Тот же чувак просит при-везти ему вечером столько же. А у меня с бабками напряг… хули делать. Организовывать пока ничего не хочу. Устал… Пока решил делать кэш на этой теме… но по-тихой, — словно оправдывался я.
— Я тебя понял. Подожди секунду, — Болгарин встал из-за стола и ушел в спальню. Спустя мину-ту, едва слышно пошелестев пакетами, он вернулся со свертком и протянул его мне. — Держи свою десятку!
— Окей, спасибо…
— Я думаю, у нас не должно быть с тобой проблем из-за этой хуйни…
— Не, все будет ровно, — без сомнения в голосе ответил я.
— Ты, главное, не гони. Меньше в себя пускай это дерьмо, больше — в работу. Да и вообще, если можешь, не жри это. Делай бабки. Покупай шмотки, радуй свою красотку подарками. Это говно затягивает. У тебя заебато работает башка, и ты умеешь наводить движ. Я уверен, что и здесь все получится, только будь аккуратен… — он посерьезнел и включил режим проповедника. Я тоже убрал улыбку и слушал.
— Город маленький, одна большая постель… Все всех знают и все все видят и слышат. Стучат все… Все обо всем пиздят и сливают информацию по разным квадратам, где кто гасится. Не разбрасывайся товаром. Как только ты покажешь, что у тебя есть дурь, тебя облепят люди. Слетятся, как пчелы на мед. Отнесись к этому как к бизнесу… Заведи левую симку и купи отдельную трубку. Никогда не базарь об этом с личного телефона, который знают твои семья и друзья… Не позволяй клиентам открыто пиздеть об этом по телефону. Осаживай сразу тех, кто наглеет.
Сидеть потом тебе, не им… — меня улыбнула эта фраза, он тоже ухмыльнулся, но дальше выпалил с дозой подъебки: — Угораешь? Ты, наверно, думаешь, что зона — это понты? Вышел и стал круче? Думаешь, там весело? Крутой не тот, кто заебись там отсидел и вышел красавцем, а тот, у кого хватило мозгов делать дела и не сесть! Запомни мои слова… Дальше… — сделав короткую паузу, продолжил он, — если вдруг к тебе подъедет кто-то из блатных, говори, что работаешь со мной, и у тебя не будет проблем. Если этого им будет мало, позвонишь мне или договоришься о встрече… и я подъеду… Не ссы, никто тебя не будет пиздить или кошмарить со старта, если ты не выебываешься. А будешь делать дела тихо, возможно, и вовсе никто ничего не узнает. Капишь? — произнеся это слово, заржал, видимо, представив себя Доном Корлеоне. — В общем, тридцатка косых с тебя, когда сольешь все. Но мой совет тебе — лучше накапливай с первых сумм сразу, чтоб погасить долг и взять потом еще, а уже оставшееся трать в своих целях. Если у нас дальше все будет ровно, то поговорим о других объемах и суммах. Лады? — он улыбнулся и протянул мне руку.
— Лады. Я все понял…
— Мне на тренчу скоро. Есть еще вопросы ко мне? Если есть, спрашивай.
— Да нет, вроде. Я все понял, — повторил я.