Мы говорили с ней часами… Говорили много и обо всем… Делились друг с другом прожитым опытом. Мечтали и рассказывали о том, чего хотим в будущем, будто оба понимали, что мы чертовски велики для этого маленького города со своими наполеоновскими планами. Она хотела стать известным радиодиджеем или известной телеведущей. Неважно, кем… Главное, чтоб известной. Лежа на кровати и глядя на искусственное флуоресцентное звездное небо, оставленное в моей спальне еще со школы, она делилась своими планами, забегая далеко вперед. В своих мечтах Крис легко и быстро поднималась вверх по карьерной лестнице, перепрыгивая, будто классики, будущие должности одну за другой. Она хотела покинуть этот город и стать телеведущей на центральном канале. Хотела запустить какое-то интересное шоу или увлекательную рубрику, связанную с историей. Ей вообще нравилась история. Те ценности, которые оставляло после себя прошлое, казались для нее очень важными в построении настоящего и будущего. Словно фундамент высокого здания, она ставила опыт, приобретенный человечеством в прошлом, на первое место. Любила читать и старалась уделять книгам каждую минут-ку свободного времени… И иногда пересказывала мне кратко что-то из последнего, прочитанного ею. Порой цитировала отрывки из произведений или спорила со мной словами героев каких-то романов и авторов научных трудов. Иногда я удивлялся, как в такой, можно сказать, неформалке, умеющей дико зажечь и с кайфом оторваться, скрывалась вполне просвещенная и начитанная натура. Наверное, именно это меня в ней и привлекало. Она заметно отличалась от большинства баб, на которых я обычно тратил свое время, и была по-настоящему разная. Да, именно это слово к ней подходит как нельзя лучше. И что еще меня в ней также привлекало, и в чем мы были с ней схожи — она любила жить и, опять же, по-разному. Весело, дико и с отрывом. Хоть порой и легкомысленно, но по сравнению с большинством, кого я знал, Крис все же осознавала, где находится педаль тормоза, и нередко использовала ее.
Я в своих повествованиях тоже фонтанировал идеями, как завоюю этот гребаный мир, взойдя на самый высокий пьедестал и оседлав огроменный, дорогущий, инкрустированный алмазами и бриллиантами трон, закину снова ногу на ногу, положу одну руку на сердце, а второй покажу всем средний палец и прокричу в толпу: «Да здравствует король, суки! Да здравствует король!»
Нам нравилось проводить вместе время и строить хоть и небольшие, но все-таки совместные планы. Я всегда был свободолюбив, да и она походила на неуловимый вихрь. Мы были достаточно близко и в то же время одновременно далеко друг от друга, чтобы не надоедать. Четко понимали, когда мы хотим быть рядом, а когда пора позаниматься своими делами, летя навстречу к личной мечте. Да и друг другу мы тоже начинали нравиться с каждым днем все сильнее и сильнее, и наш роман стремительно набирал обороты. Но, как и следует хорошим романам, наш тоже плавно перешел в фазу беременности…
В тот вести приносящий вечер пятницы я был дома один… Мать с отчимом уехали на выходные на базу отдыха, построенную еще в советское время пред-приятием, где они работали. Теперь я редко изъявлял желание ездить с ними, так как, оставшись, получал квартиру в свое распоряжение на целые выходные и мог делать в ней практически все, что захочу. В тот вечер у меня тоже были планы как следует развлечь-ся, и я ждал… с нетерпением ждал прихода подруги ко мне в гости.
Сразу с порога, как только она вошла, я почувствовал что-то неладное. У нее было не такое, как обычно во время наших встреч, настроение… Нет, не сказать, что она всегда излучала радость и веселье, находясь рядом со мной, но как правило, даже если мы и ссорились, то это случалось позже, а не прям сразу… Мы выпили бутылку шампанского, закусывая мелко порезанными ломтиками сыра и сырокопченой колбасы (эстеты бы заявили, что так себе сочетание вкусов, но нам нравилось). Я даже не помню, с чего начался тогда наш разговор, но, пока Крис говорила, ее лицо выглядело так, будто она затеяла этот разговор просто, чтобы поболтать ни о чем. А то, что не дает ей покоя, так и витало в воздухе. Я даже, хоть убейте, не помню, был ли у нас тогда секс. Помню, что играла музыка, помню, что мы сидели на кухне с бокалами шампанского и периодически выходили на балкон покурить. И наконец, буквально после того, как бутылка игристого опустела, а я встал, даже не помню, зачем тогда встал из-за стола, но именно в тот момент она подошла ко мне, взяла за руку и произнесла: «Мне нужно тебе кое-что сказать…» Верите или нет, но как только я услышал эти слова, внутренний голос послал мне в мозг сигнал с вариантами того, что я могу услышать позднее. Вариантов там было немного… С таким волнительным выражением лица женщины обычно сообщают мужчинам, с которыми у них ранее был секс без резинки, лишь одну новость: «Я беременна!» Как и подобает джентльмену, я поинтересовался, что же такого важного она желает мне сообщить, а сам ждал… как в игре «Морской бой», когда после твоего: «Б-8», — звучит: «Попал!» И уже через пару секунд, после заботливой просьбы при-сесть на стул, услышал, что мой однопалубный катер потоплен…