В Пекине все стены выкрасили в красный цвет и исписали бросающимися в глаза «высочайшими» или «новейшими» указаниями. Каждая улица Пекина превратилась в подлинно красную. Пекин потонул в «красном море». Пекин стал огромным лагерем хунвэйбинов, съехавшихся со всех уголков страны. Пекин стал штабом главного командования бунтарей всей страны.
А главнокомандующим был председатель Мао.
«Ты прекрасно знаешь историю, ты можешь успешно руководить многочисленным войском» — говорят, что эти слова написаны были тогда самим председателем Мао для любимого заместителя верховного главнокомандующего Линя. Так ли это — сейчас уже трудно проверить. Во всяком случае хунвэйбины верили и переписывали их друг у друга.
Под многомиллионным войском, конечно же, подразумевались хунвэйбины. На груди огромного числа хунвэйбинов, прибывших в Пекин за многие тысячи километров, висел иероглиф «преданный», сделанный в форме сердечка. Маленькие — величиной с ладонь, большие — с тарелку. Некоторые сделаны грубо, не радуют глаз. Другие — тоже грубо, но красиво, вышиты серебряной и золотой нитями, смотрятся прямо-таки как произведения искусства. Группы братьев и сестер хунвэйбинов из числа национальных меньшинств на широких улицах города с песнями и плясками выражали чувства радости и счастья в связи с прибытием в Пекин на смотр к многоуважаемому председателю Мао.
В Военном музее море народа. Некоторые хорошо известные людям картины и экспонаты были сняты с показа для переделки. А в обновленном варианте картины «Соединение войск в Цзинганшане» председатель Мао пожимает руку уже не главнокомандующему Чжу Дэ, а Линь Бяо, который в то время был всего лишь командиром роты. Новейший вариант картины «Председатель Мао отправляется в Аньюань» говорит нам о том, что действительным руководителем Аньюаньского восстания был не Лю Шаоци, а Мао Цзэдун.
Снаружи военного музея в разделе критики расклеены карикатуры. Я уже не помню их, забыл. Но одна врезалась в память и сидит в голове по сей день.
На ней Лю Шаоци, стоя в лодке и отталкиваясь шестом, переправляется через реку. Пэн Дэхуай стоит на берегу в прощальной позе, машет рукой и поет:
Пэн Дэхуай изображен уродцем. Лю Шаоци — тоже. На картине «Гнусная сотня» уже появился Дэн Сяопин, правда, пока еще на втором плане, всего лишь позади Лю Шаоци.
Многие из нас старательно срисовывали карикатуры для себя. Мне, как и другим ученикам, тоже хотелось сделать несколько зарисовок, с блокнотом в руках я протиснулся в первые ряды. То были картины не простого любительского уровня, а шедевры, в них была видна рука знатока определенного жанра. Правда, трудно утверждать, но в те годы великая культурная революция вырастила не только большую плеяду «народных лидеров», «теоретиков», «полемистов», «ораторов» и «поэтов», но также и множество «карикатуристов». Карикатура — это наиболее острое оружие большой критики. А поскольку это оружие, то люди хотели сами овладеть им, пользоваться им. Только во время великой культурной революции простые люди могли произвольно глумиться над своими бывшими вождями.
Карикатуры типа «Прощай, Владыка» я скопировать не смог. Для этого необходимы определенные навыки карикатуриста. Нарисовать «Гнусную сотню» несколько легче, однако пришлось сократить количество голов.
Возвратившись из Военного музея в Музей геологии, я поужинал и с мылом чисто выстирал одежду и брюки, потом развесил их на шкафу с образцами руды внутри зала. Оставшись в одной майке и трусах, одиноко сидел в углу зала, сложив ноги по-турецки, от безделья смотрел по сторонам.
Кто-то то ли преднамеренно, то ли нечаянно разбил стекло в одном из выставочных шкафов. Тут же толпа хунвэйбинов с криком набросилась на шкаф, хватая образцы руды — лучшего памятного подарка не придумаешь. Услышав шум, я бросился туда же и запустил руку в шкаф. В ладони оказался небольшой кусок черного вещества, на котором поблескивали яркие точки. Не знаю, что это было, возможно золото, может быть серебро, может быть и медь или цинк. Так я приобрел очень хороший сувенир, нечего говорить — на душе стало радостно, спрятав его, снова от нечего делать смотрел на все, что происходит вокруг.