— Я схожу, кто пойдет вместе со мной?
— Я пойду!
И два малыша, опередив всех, а за ними еще 5–6 мальчишек бросились бегом в дом.
— Нет! Нет! — встревожилась старушка в военном кепи, а беременной женщине сказала:
— Как бы ее не били, все сойдет, а вот ломать вещи в моей квартире я не разрешу!...
Беременная женщина, окинув ее взглядом, высказала свое удивление:
— Эй, вы слышали? Она только что говорила, что не признает ее женой сына называла распутницей и вонючей дурой, а сейчас она уже заодно с невесткой! Ты знаешь, сколько мужчин она одурачила за спиной твоего сына?
— Избитая женщина еще раз, глядя на старуху, скорбно спросила:
— Ма, ты им веришь?
— Распутница! Я хочу верить и верю!
— Ты не веришь даже тому, что говорит твой сын?
— Мой сын... — и в этот момент старушка увидела, как из ее дома дети вынесли два аквариума с золотыми рыбками. Она торопливо бросилась вперед, — детки, не бросайте, ни в коем случае не бросайте! Каждый аквариум стоит больше восьми юаней! Да и за каждую рыбку отдали большие деньги!
Беременная женщина громко крикнула:
— Бросайте! Эта старуха не знает, что говорит!
Женщина, все еще державшая в руках ножницы, тоже скомандовала:
— Бросайте!
Остальные женщины беспорядочно выкрикивали то же самое:
— Бросайте! Бросайте! Почему не бросаете?!
Все дети, наблюдавшие за происходящим, тоже зашумели:
— Бросайте! Бросайте! Послушаем звуки гонга! Ударьте в гонг!
Два керамических аквариума, которые держали на руках двое малышей, мигом разлетелись вдребезги, ударившись о землю. Образовалась грязная лужа. Несколько драгоценных золотых рыбок бились о землю, подпрыгивая в этой луже. В предсмертных судорогах они раскрывали рты и усиленно работали жабрами.
Старушка смотрела на эту сцену ошалелыми глазами. Женщина, которую избивали, кажется, переживала за них больше чем за себя. Не в силах смотреть на них она закрыла глаза и потерянная, растоптанная бессильно опустила голову.
— Еще прыгают, раздавите ногами! — подстрекала детей одна из женщин.
Дети наперебой стали топтать золотых рыбок. В момент десятки ценных красивых созданий дети безжалостно превратили своими ногами в рыбное месиво.
— Еще раз разведите два аквариума золотых рыбок! Посмотрим, чем это для вас кончится! — с дикой ненавистью в голосе пригрозила беременная женщина. Как будто от ее безумной ненависти зависит, разводить ли им рыбок и сколько аквариумов. Точное указание на количество обычно заставляет человека задуматься и сделать по-другому, раз нельзя два, тогда надо один и ее ненависть угаснет.
Мальчик 13–14 лет поднял руку и крикнул:
— Посмотрите, это тоже из ее дома! — он держал в руках и показывал, изящную красную, сшитую из тонкого материала, вещь.
Женщина с ножницами отняла ее у него.
Все остальные женщины столпились вокруг нее, чтобы посмотреть на диковинную вещь. Несколько рук потянулись к ней. Это был комплект из бюстгальтера с трусиками вышитый узорами.
Взрослые женщины загалдели, прищелкивая языками всех на лицах застыло изумление, как бы выражающее единодушное мнение о порочности этой вещи. Изумлялись — как может человек надевать такую развратную вещь; попутно под настроение провели бессловесное воспитание детей, дали понять, что только очень порочные женщины надевают такие вещи.
Их сыновья и дочери, внуки и внучки — учащиеся начальных и средних школ тоже изумлялись, похоже, тоже единодушно полагали, что они, к несчастью, своими глазами увидели самую порочную в мире вещь; свое отношение к порочной вещи они перед женщинами выразили полным неприятием.
Поступая так, подняв галдеж, женщины, тем не менее, как я отчетливо уловил, выражали еще и восхищение, и зависть.
— Посмотри, с верху до низу ручная вышивка, это сколько же надо затратить труда на одну вещь!
— Ой, совсем просвечиваются, все можно видеть насквозь. Что одевай, что нет, все равно одинаково!
— Это ж каких денег стоит?
— Нам никогда таких не купить!
— Даже если и купишь, то не наденешь! Какая порядочная женщина наденет такое?
Избитая женщина безучастно слушала их рассуждения, лицо давно стало пунцовым. Ее без сомнения больше одолевал стыд не за то, что ей обрезали волосы, а за то, что принародно выставляли ее нижнее белье. Она терпела, собрав все силы и выдержку.
Одна женщина подошла к ней, дала две громких пощечины, стала грубо стыдить:
— Вонючая тварь! И ты, ложась спать, надеваешь это?
— Неужели вы никогда не носили бюстгальтеры, никогда не надевали трусы? — наконец, высказала она своеобразный протест.