Я помню момент, когда несколько тысяч номеров привезли к нам в штаб. Разглядывали эту диковинку с блестящей обложкой всем хором. Каждый пытался урвать себе номер на память, я закинул несколько коробок в машину и до сих пор периодически их раздаю своим партнерам и коллегам. Особенно сильно это действует на иностранных партнеров. Журнал, «Единая Россия», Путин – гремучая смесь, открывающая дорогу к сердцам самых скупых банкиров и производителей. Я фотографируюсь с ними в дорогом костюме со значком с медведем, кто-нибудь держит в руках журнал со мной на обложке.
Про открытые души и сердца жителей элитных домов с «Васьки» мне до сих пор неизвестно. Вы, случайно, не встречали людей, которые бы держали журнал с моим фото в руках? Вот и я тоже. Dum spiro spero.
Глава 20 День голосования
Чем ближе был день голосования, тем меньше мне хотелось, чтобы он наступил. Формально про него все было известно заранее: в восемь утра открываются 35 избирательных участков моего округа. Я передвигаюсь по заранее выработанному маршруту, который включает двойной обход каждого избирательного участка. Я появляюсь на точках, как ясно солнышко, жизнерадостно приветствую всех работников, морально поддерживаю своих наблюдателей и «своих» членов избирательных комиссий. В восемь часов вечера участки закрываются. Примерно с девяти вечера начинают поступать первые данные о результатах голосования. К полуночи все становится окончательно ясно. Это был план.
Накануне сотрудники штаба установили за мной слежку: считалось, что в любой момент «я могу пойти вразнос». Ко мне приставили шофера и жестко велели не ходить по улицам одному. За день до выборов ко мне вернулись отличный аппетит и сон. Я не переживал, с трудом заставлял себя думать о «завтра», шутил и заигрывал с дамами. Радость накапливалась постепенно – результаты последних социологических замеров показывали, что меня знают в округе и приличное количество приличных людей готовы отдать за меня свои голоса. Я уже чувствовал себя победителем и даже позволял себе несколько сверху смотреть на ситуацию с партией – «им»-то нужно было шевелиться и шуршать. А мне – нет. Все, что могло произойти, уже произошло. Мы честно отпахали округ. Сценарий дня голосования был проработан давно, я не вдавался в детали, веря, что каждый сыграет свою роль максимально профессионально.
Конечно, реальность сильно отличалась от той, в которую заставлял верить мой перестраховавшийся мозг. Все было плохо. К началу декабря я сильно вылез за первоначальный бюджет.
За три дня до выборов исчез мой начальник штаба, его работу по факту выполняли один полный и один наполовину пустой «чайники»: «полевик» Сергей и Света, посредник между штабом и медиагруппой.
Исчезновение главного вдохновителя полевых фокусов заставило людей собраться: в дни «обратного отсчета» штаб преобразился, телефоны работали не умолкая, народ работал, не останавливаясь, с просветленными лицами и паром из ушей. В редкие минуты пребывания в штабе мне даже не с кем было поболтать в коридоре. В итоге оставалось в миллионный раз разглядывать графики, записки, нераспространенные агитки и чужие фотографии.
С последними была отдельная история. На самом видном месте в штабе еще летом мы поставили стенд, куда решили прилеплять рекламные фото наших основных конкурентов, их буклеты, листовки и прочую АПМ-шнягу. Мы должны были помнить, что политический враг не дремлет, но это не повод проигрывать. К концу кампании весь стенд был заклеен АПМ, произведенными СР-ами, материалы остальных сводились к жалким буклетам, сильно напоминающим стандартные разработки штатных партийных креативщиков. Непарламентская оппозиция брала непечатным словом, в том смысле что устным. Пущенные камни протеста давали отличные круги по воде, и в данном случае на качество полиграфии можно было положить жирный болт. Что все и сделали, лишний раз подтвердив сомнения в эффективности использования печатных АПМ как класса.
Я с черной завистью сравнивал газеты нашего регионального штаба и штаба «СР».
Перевес не в нашу пользу был настолько очевиден, что хотелось рычать от бессилия и злости. Установка на позитивную повестку лишала редакцию зубов, язвительности и содержания. В номер шли многократно одобренные отчетно-положительные мероприятия о проделанной партией работе, ее отеческой заботе об избирателе и о том, что «жить стало лучше, жить стало веселей». Каждая очередная газета, очередной перевод стрелок народного возмущения в телефонный пар (проект типа «горячей линии по ЖКХ») пробивал новую брешь в нашей истощенной обороне. Во время одной из последних дворовых встреч комок из мокрых газет пролетел в десятках сантиметрах от моей головы. Сшивка образа кандидата и партии состоялась.