По факту, переход с аналогового на цифровое воспроизведение мира – начало очень серьезной деградации человека. Он перестает быть создателем чего-то из ничего и становится заведомо и тотально зависимым от тех наборов инструментов, которые доступны в данный момент.
История сделала очередной забавный виток и, породив нас из большого пальца руки (есть предположение, что отделение большого пальца руки от остальных четырех стало стимулом развития человека, позволив ему делать разные манипуляции с предметами), этим большим пальцем нас и погубила (поколение Y называют поколением «большого пальца» – за активное использование последнего для печатания СМС).Цена протеста
Вчера я стал оппозиционером. За 5000 рублей. В ДК им. Горького давали творческий вечер проекта «Гражданин поэт».
Как приличный фанатик, пошел слушать Ефремова и смотреть на Быкова с толпой друзей. В итоге ими же и был оплеван. Пир сатирического духа оказался коммерческим аттракционом: гениальный Васильев превратил слова «амфора», «тандем», «коррупция» в золотую монету. Оппозиция пользовалась успехом, и зал на 1500 посадочных мест был полон. Замечу в скобках, что самая скромная цена на билет начиналась с 4200 рублей, а парковка перед ДК была полна автомобилями от «порше» и выше.
На месте Васильева я бы успех закрепил и пустил на продажу не только оппозицию стихотворную, но и оппозицию уличную. Тем более что «стратегам 31» давно требуется объединяющая идея или хотя бы подход – а так бы делили прибыль от продажи билетов на троих и, глядишь, позволили бы себе нанять Светлану Фокину в качестве режиссера-постановщика, не все же «Алым парусам» тысячные толпы собирать.
Вообще, оппозицию можно сделать таким же ключевым элементом в целевой программе развития туризма, как и революция. Я вот не понимаю, почему сувенирные «военные» фаллосы (как от группы «Война») должны продаваться хуже, чем Че Гевара, буденовка и пионерский значок.
И неважно вовсе, что Че на живот натягивают люди, чьи жизненные принципы образуют стойкий перпендикуляр с проповедями команданте, а оппозиция в ДК пользуется популярностью у тех, кто активно сотрудничает (работает, делает карьеру), мечтает о (зависит от) и (или) всем хорошим обязан «амфоре», «коррупции», «тандему», «полтавченко».
Быков, Ефремов и Васильев, несомненно, талантливые ребята. Но запах денег перебивает вкус сатиры.Айболит
Подвозил на днях свою знакомую с маленьким ребенком. Чтобы мальчику было интереснее, поставили аудиокнигу – слушали историю про доктора Айболита, который, как мы все помним, был настолько добрым, что помчался в Африку, несмотря на московскую прописку, отсутствие личного транспорта и туманные перспективы.
Чуковский оказался поэтом честным и не стал обманывать детей сказками о добром докторе – специалисте по человеческим болезням. И когда мы с разными знакомыми спорим о принципах новейшей врачебной этики, и они мне приводят в качестве примера хрестоматийного Айболита, я всегда указываю на плохое знание матчасти – Айболит был ветеринаром и любить людей был не обязан. Что и сохранило его образ незамутненным до настоящего времени.
В отношении остальных врачей мы мучаемся. Мифическое восприятие мира требует возводить представителей этой специальности в ранг «единственно честных», «непродажных», «настоящих профессионалов», стойко стоящих на передовой борьбы за наше здоровье, где бедный и богатый одинаково равны в своем праве на жизнь. Реальность другая.
Ругать врача в коридоре больницы и требовать для него же повышения заработной платы во время публичных выступлений – обычная практика. Недавно сестра рассказывала, что в одном маленьком городе, где живет ее подруга, женщины устроили молчаливый протест против сотрудниц единственной в городе женской консультации. На каждую вторую проблему, возникающую во время беременности, врачи советовали сделать аборт: зачем, мол, мучаешься, давай вытащим все, вы еще одного сделаете, делов-то? Дамы после таких «советов» выходили в шоковом состоянии – ибо эти мудрые предложения делались и тем, у кого получилось сделать ребенка после нескольких попыток ЭКО. В городе поползли слухи, что врачи заключили сделку с одной косметической фирмой, куда и сдают то, что наскребают во время аборта.