— Была у меня одна случайная знакомая, которая открыла для меня таких исполнителей, как «Биопсихоз». Звали девочку Таней, и она слепо тащилась за творчеством Сергея Шубина — вокалиста вышеупомянутой группы. Нас даже друзьями нельзя было назвать, мы случайно познакомились в интернете, разговорились, я ей дал на прокат пару книг из родительской библиотеки, а она взамен поделилась со мной своей любимой музыкой, так я и познакомился с «Биопсихозом».
Поначалу я не мог понять, что ей так нравится в творчестве этих ребят, что она аж пищит, когда их слышит. Песни специфические, не похожие ни на какую группу из всех, которые я только слышал.
И тут всё решила одна единственная песня — «Воспитание страхом».
В голове Кая зазвучали еле слышные трепетания струн акустической гитары и посторонние звуки. Иван, как оказалось, находился рядом и молча слушал разговор двоих. Эта композиция, запущенная демоном для более точного представления рассказываемой истории, набирала силу. Кай был уверен на сто процентов, что никогда раньше её не слышал, но он знал текст песни и уверенно подпевал вокалисту.
Необъяснимо, но факт.
— Распробовать всю прелесть творчества этих ребят, — продолжил мальчонка, — я так и не смог, но благодаря «Воспитанию страхом» до меня дошло ещё примерно с десяток песен, они заняли твёрдую позицию в моём плеере, и я пока что даже не подумываю об их перемещении в архив. К чему это я? Ах да, ревность.
Как-то раз мы переписывались, и я затронул тему о специфическом творчестве «Биопсихоза», на что Таня мне с искренней скорбью ответила, что зря рассказала мне об этих ребятах, так как теперь очень сильно ревнует их ко мне. Я отшутился, перевёл всё в юмор, якобы она перегибает палку, но она восприняла мои комментарии с немой ненавистью. После этого случая мы долго не общались, а я провёл самостоятельную работу над ошибками.
Когда у меня были друзья и мы гуляли вечерами напролёт по своим улицам, то постоянно слушали музыку на телефонах. Это были золотые времена, сети интернета только начинали оплетать наши умы, карманных колонок ещё и близко не было, поэтому мы гуляли огромными компаниями и частенько пели. Так сложилось, что музыкальный вкус в нашей компании был посредственный, современный, пресный, но было исключение в виде группы «Король и Шут». Из огромного набора шикарных песен в компании приветствовались только две: «Кукла колдуна» и «Прыгну со скалы». Как я не пытался внедрить в общий оборот, на мой взгляд, более достойные песни, ничего не выходило.
И я возненавидел эти две песни. Меня передёргивало каждый раз, как я их слышал. Конечно, они были лучше, чем «Ласковый май» или Михаил Шупутинский.
— Шифутинский, — поправил Кай.
— Плевать! Это на суть рассказа не влияет.
Так вот, в компании я вёл себя натурально, тщательно скрывая своё отвращение, а когда возвращался, то сразу же обращался к «Леснику», «Гробовщику», «Хозяину леса» и «Мастеру», который приглашает в гости, и эти ребята благополучно возвращали мне внутреннее равновесие.
И однажды, слушая дома в наушниках «Соловьи», я понял, что те ненавистные мне две песни — это всего лишь крохотная жертва, которая брошена на растерзание моим, в прошлом, друзьям. Они довольствуются крохами, в то время как я владею всем остальным. Моя ревность к КИШу проявилась таким образом, что мне стали ненавистны те песни, которые нравятся другим. И я решил, что лучше слушать
любимые песни самому и ни с кем ими не делиться.
И тут очередной совет: даже когда песня тебе несказанно нравится — не вздумай ею ни с кем делиться! Потому что, если ты узришь, что твоей песней наслаждается кто-то ещё, то ты мало-помалу потеряешь к ней интерес. В этом случае песню можно смело сравнить с девушкой: когда тебе нравится определённая девушка, ты не видишь никого вокруг и тебе нужна только она. Когда эта определённая
девушка нравится кому-то ещё — её внимание распыляется, она сразу
теряется в выборе и хочет, чтобы за неё чуть ли не на шпагах сражались. Такую мадам можно сразу отдать оппоненту и даже не тратить на неё своё время.
Можешь со мной спорить, но это чисто субъективное мнение, и я в любом случае останусь при нём.
— Да нет, — улыбнулся Кай, — ты рассуждаешь здраво и очень складно. Спорить я с тобой не буду, даже, пожалуй, соглашусь.
— Правда? — обрадовался мальчишка.
— Правда, — кивнул Кай.
— А что скажешь про «Воспитание страхом»?