Вскоре после этого замужества бедная г-жа д’Эпине убедилась, что ее здоровье страшно пошатнулось по вине мужа. Она так и не оправилась вполне от всех своих огорчений и в конце концов умерла от их последствий, которые ощущались ею на протяжении более тридцати лет; кроме того, ее грудь и желудок пострадали от лекарств, которые она принимала.
Вот каковы нынешние мужья!
Госпожа д’Эпине никогда ни о чем бы не узнала без помощи мадемуазель д’Этт, опытной и дерзкой девицы, у которой были свои виды на дружбу с ней; она оттеснила гораздо менее опасную г-жу д’Арти под предлогом того, что в окружении порядочной женщины не может находиться столь легкомысленная особа. Мадемуазель д’Этт стремилась подчинить молодую женщину своему влиянию и толкала ее на дурные поступки, чтобы впоследствии позволять себе что угодно.
Прежде всего она увезла г-жу д’Эпине в деревню, дабы оторвать ее от привычных лиц, и там стала часто приглашать к себе человека, избранного ею в качестве героя романа, нити которого она держала в своих руках, а именно г-на де Франкея.
Для начала мадемуазель д’Этт принялась без конца говорить о нем и всячески его расхваливать, чтобы произвести на нее впечатление; она уверяла подругу, что он очень влюблен, и сравнивала его с г-ном д’Эпине, столь непостоянным и недостойным, по ее словам, человеком.
Затем она принялась внушать молодой женщине мысль завести любовника в отместку мужу таким образом, чтобы ни ее совесть, ни достоинство нисколько от этого не пострадали.
Она приводила ей в пример известных при дворе и в городе женщин, не отказывавших себе в подобном удовольствии, хотя у них было на то меньше оснований, чем у нее, и тем не менее пользовавшихся таким же уважением, как и прежде.
Увидев, что подруга поддалась влиянию, мадемуазель д’Этт привела Франкея, чтобы он принимал участие в их беседах; поскольку г-жа д’Эпине встречала слово «любовь» с негодованием, она убедила ее, что это платоническая дружба, в которую верят мечтательные натуры и которую здравомыслящие люди считают самой невероятной из всех выдумок.
Госпожа д’Эпине поверила в сказанное ей и успокоилась, решив, что она нашла надежного друга, которому суждено уберечь ее от огорчений и защитить от опасностей; это заблуждение продолжалось до тех пор, пока однажды она не поняла, до чего досадно было бы этим ограничиться. И тут не без помощи мадемуазель д’Этт она преодолела роковой рубеж, разделяющий жизнь женщины надвое, и счастье любовника вознаградило ее за эту жертву.
Однако счастье оказалось недолговечным. Вскоре Франкей убедился, что, хотя он и не Франциск I, г-н д’Эпине без всякого умысла заставил его повторить историю с прекрасной Ферроньерой. Посудите, что это был за удар и как он отразился на душе чувствительной женщины! Она, так сказать, совсем потеряла голову, а мадемуазель д’Этт вследствие этого разочарования была окончательно посвящена в тайну, самую интересную часть которой от нее собирались утаить. Она воспользовалась этим с присущей ей ловкостью, и несколько дней спустя г-жа д’Эпине отдала ей десять тысяч ливров, одолжив их у своего свекра.
Однако дело было улажено легче, чем ожидали; Франкей отделался легким испугом; он повел себя благородно и великодушно; его полюбили как никогда и отныне не помышляли ни о чем, кроме счастья.
Отец Франкея г-н Дюпен, королевский откупщик, был владельцем прекрасного поместья Шенонсо; он женился вторым браком на Авроре Саксонской, дочери маршала, о которой я уже не раз упоминала. Та ладила со своим пасынком, и г-н Дюпен вел спокойную и приятную жизнь. Франкей познакомился в доме своего отца с Руссо и привез его в Эпине. Философ только появился в Париже, и его еще никто не знал; он был очень робким и держался неловко.
С присущей ей добротой г-жа д’Эпине пошла навстречу этой робости, превосходно приняла гостя, ободрила его и стала защищать от молодых женщин, которыми был полон дом; все они считали Руссо уродом и говорили, что у него вид болвана. Хозяйка же дошла до того, что стала утверждать, будто, напротив, он красив, привлекателен и станет известным человеком; в этом последнем своем утверждении она не ошиблась.
Все задавались вопросом, что представляет собой этот человек, появившийся неизвестно откуда, несомненно обладавший умом и талантом и умалчивавший о своем прошлом. Каждая из этих дам поочередно докучала ему расспросами, в особенности графиня д’Удето, очень умная и очень любопытная особа; Руссо же проявлял сдержанность, убежденный в том, что над ним насмехаются.