С минуту любовники перешептывались; наконец, молодой человек соглашается, берет свечу и спускается вниз; тем временем г-н де Бово тоже выходит из кареты; дверца распахивается, герцогиня закрывает глаза и позволяет отнести себя в дом; я шла позади, опустив глаза, чтобы не рассмеяться, а шевалье замыкал шествие. Мы поднялись по безобразной деревянной лестнице, в каждой ступеньке которой зияла дыра, и вошли в комнату, где нас встретила молодая и красивая особа; перед нами предстал жарко пылающий огонь в очаге, несколько соломенных стульев и накрытый стол с пирогом, птицей и прекрасной рыбой; рядом с этими кушаньями стояло несколько бутылок шампанского, бордо и мадеры, а также фрукты, ликеры и кремы; словом, там было все.
В то время как шевалье и хозяин дома окидывали друг друга взглядом, шевалье выказал легкое волнение, которое он тотчас же в себе подавил; хозяин же был совершенно спокоен. Он сказал нам несколько путаных фраз и принялся хлопотать возле герцогини, искуснейшим образом лишившейся чувств: невозможно было не поддаться на этот обман. Господин де Люксембург окружил ее нежнейшей заботой, называя своей курочкой и кошечкой; я не решалась к ним подойти, задыхаясь от смеха. Гризетка искренне приняла этот обморок за настоящий и совала даме уксус чуть ли не в глаза, чтобы она скорее очнулась.
— Мне думается, вы славные молодые люди, — произнес г-н де Бово, — и мы сейчас раскроем вам наш секрет. Эта девушка не моя сестра, а любовница моего друга; вот он; мы помогли ему ее похитить, так как ее родители отказываются их поженить. Девушка согласилась на похищение, но, покидая родительский дом, испытала потрясение, которое легко понять. Мы прибыли из Бельвиля и сделали большой крюк, чтобы сбить ее близких со следа. Когда мы только что проезжали через предместье Сен-Мартен, нам померещились коннополицейские стражники; барышня сильно перепугалась и снова упала в обморок. Мы бросились сюда в поисках убежища и просим вас дать нам приют, а также позволить разделить с вами эту прекрасную трапезу, ведь мы в дороге уже два или три часа и умираем с голоду.
— Разумеется, сударь…
— Вы влюблены, вы молоды, вы должны проявить сочувствие; сжальтесь над этими бедными молодыми людьми, которых жестокая родня обрекает на ночные уличные скитания.
Эта небылица была преподана с наглостью и правдоподобием, которые посрамили бы самого Превиля, если бы в ту пору он уже радовал бы зрителей своей игрой на сцене. Как только речь зашла о похищении, наши хозяева переглянулись, покраснев и улыбнувшись: очевидно, они разбирались в подобных делах.
— Мы не оставим вас в беде, — заявили они, — эта красивая барышня приходит в себя, сейчас мы все вместе поужинаем и выпьем за нашу любовь. Только отошлите вашу карету на другой конец улицы; неизвестно, что может случиться, и как бы она не привлекла сюда любопытные взгляды.
Мы заметили, что хозяева не просят назвать наши имена, хотя им это следовало сделать в первую очередь; вероятно, на то имелись свои причины. Господа пошли отдать распоряжения кучеру, и тот отправился на стоянку в предместье Сен-Мартен, возле указанного ему дома. Он не беспокоился, так как хорошо нас знал.
Мы весело расположились за столом. Герцогиня окончательно пришла в себя и заверила всех, что чувствует себя хорошо. В той комнатушке было очень мило: за неимением подсвечников мы поставили свечи в пустые бутылки; вообразите, как мы дурачились и до чего нам было смешно!
Герцогиня была в восторге: она так любила веселье! Дама клялась, что еще никогда так не забавлялась и что ей здесь лучше, чем во дворце с пышным убранством. После четвертой бутылки каждый стал рассказывать свою историю. История наших новых знакомцев полностью подтвердила догадку принца: они скрывались здесь уже неделю и знали, что их разыскивают.
Любовник был унтер-офицером французской гвардии; шевалье встречался с ним тем же утром в доме своего полковника, но молодой человек оставил это без внимания.
Он принадлежал к семейству очень богатых буржуа, не соглашавшихся на его брак с неимущей девицей и поклявшихся преследовать их повсюду.
Парочка полагала, что их никто не найдет в этой дыре. Любовник приходил сюда только ночью, изменив свой облик. Поскольку у военного водились деньги и он любил хорошо поесть, он приносил провизию с собой. Ему оставалось ждать своего двадцатипятилетия еще несколько лет, но ни он, ни его возлюбленная не думали, что за это время их чувства могут измениться.