— Я еще ничего не решила; ждите.
Покорность семинариста была поразительной. Он ждал отнюдь не терпеливо, но не жалуясь: так повелела королева!
Никому еще не приходилось видеть более целомудренной, более трогательной любви. Только поэтическое воображение шевалье и необычайно чистая душа Алины делали их способными на подобное чувство рядом со свойственными нам обычаями и нравами.
Все это продолжалось целый год. Никто не понимал, чем такое закончится. Влюбленные встречались редко; аббат оставался в семинарии по приказу своей богини, столь же решительно заявляя, что желает обрести свободу и никогда не станет священником. С другой стороны, маркиза по-прежнему хотела сохранить сыну бенефиций, приносящий сорок тысяч ливров годового дохода; и он и она продолжали упорствовать, и никто не видел выхода из положения.
Как-то раз Буффлер вновь находился в Шеврёзе; семинаристу никоим образом не запрещали видеться с Алиной из боязни разозлить его, вследствие чего с ним труднее было бы справиться. Влюбленные беседовали с глазу на глаз, притом серьезно, как обычно бывало в тех случаях, когда Алина пыталась вразумить молодого человека.
— Надо ли непременно оставаться в семинарии, чтобы иметь этот бенефиций? — внезапно спросила девушка.
— Увы, да, — уныло отвечал он, — иначе матушка так бы на этом не настаивала.
— Что ж, я навела справки, и думаю, что без этого можно обойтись.
— Вы ошибаетесь, моя прекрасная Алина.
— Я не ошибаюсь, и вы в этом убедитесь.
— Каким же образом?
— Станьте рыцарем Мальтийского ордена, после чего вы покинете семинарию и сохраните свои доходы.
— Рыцарем Мальтийского ордена? Рыцарем-монахом?
— Конечно.
— Что же мне это даст? Я все равно не смогу жениться.
— Дело не в этом.
— Напротив, это самое главное. Я хочу на вас жениться и ради этого готов послать к дьяволу сутану, бенефиции, мальтийский крест и все что угодно!
— Дьяволу это ни к чему, и вы лишь напрасно потратите время. Запомните хорошенько то, что я вам сказала: поймите, это способ все уладить.
— Я этого не желаю.
— Тогда сменим тему. Прошу только вас помнить об этом.
Несколько дней спустя маркиза де Буффлер получила следующее письмо:
«Госпожа маркиза!
Я не знаю, слышали ли Вы что-нибудь о бедной девушке из долины Шеврёза, которая любит господина аббата де Буффлера, как и он ее. Быть может, Вам говорили,
что я подстрекала его к неповиновению, но это совсем не так, поверьте. Напротив, г-н де Буффлер хочет на мне жениться, он хочет оставить ради меня избранное Вами поприще вместе с огромными преимуществами, которые оно ему обеспечивает. Я бы такого не потерпела и не потерплю, будьте покойны. У меня нет ни отца, ни матери, я совершенно свободна в своих поступках и вправе распоряжаться своим скромным достатком, который никто не может у меня отнять; поэтому ничто не будет меня неволить, и я никогда не внесу раздор и смуту в Вашу семью.
Однако, сударыня, я прошу покорно позволить Вам заметить, что г-н де Буффлер не годится для духовного звания, у него нет к этому ни склонностей, ни призвания, и ради денег Вы сделаете его скверным священником и несчастным человеком, в то время как легко можете с тем же успехом сделать из него доблестного дворянина.
Я посоветовалась с законником, сведущим в таких делах, и обрела уверенность, что если Ваш досточтимый сын вступит в Мальтийский орден, то он сохранит права на те же бенефиции и сможет избрать себе вполне подобающее ему поприще. Наведите справки, подумайте сами и, заклинаю вас, не обрекайте Вашего сына на злосчастье.
Я обращаюсь к Вам не ради себя: в любом случае у меня нет никаких притязаний, но я слишком люблю г-на де Буффлера и забочусь в первую очередь о нем, а уж потом о себе. Простите меня, госпожа маркиза, за то, что я осмелилась к Вам обратиться, и почтите это не за дерзость, а за свидетельство моей преданности, и будьте снисходительны.
Соблаговолите принять заверения в моем глубоком уважении и пр.
Алина Куртуа»
Получив это письмо, г-жа де Буффлер отнесла его королю Станиславу, и этот добрый человек с чудесным сердцем тотчас же проникся к девушке симпатией. Он понял, что перед юношей открывается новый путь и стал горячо убеждать маркизу принять это предложение.