Увы! Матушка снова поверила дворянину и простила его. Мысль о том, чтобы погубить этого человека, ей претила. Она прожила таким образом два года, надеясь и продолжая ждать, не видя никого, кроме своего любовника и старой служанки, занимаясь только моим воспитанием и выходя из дома лишь для того, чтобы отправиться в церковь. Несмотря на свое прегрешение, она находила утешение в Боге и возлагала на него все надежды.
Однажды утром мой отец должен был нас навестить, но не явился; целую неделю от него не было никаких вестей, а матушка не могла к нему пойти, так как не знала, где он живет. Она чуть не умерла от беспокойства. Наконец, пришло письмо. Оно было отправлено из Бордо; моему отцу пришлось спешно уехать, и он не знал, когда вернется, но указывал одно место, где матушка могла узнать более точные подробности. Вообразите, как она туда поспешила!
Ее отсылали к некоему деловому человеку. Он встретил матушку со скорбным видом, сильно напугавшим ее; в конце концов ей рассказали, что г-н де Бельфонтен, небогатый, но наделенный большими способностями дворянин, высказывал недоброжелательные соображения в адрес г-жи де Помпадур: он посмел дурно отзываться о ней, и, если бы один друг вовремя не предупредил его, то он бы уже оказался в стенах Бастилии. Господин де Бельфонтен, вынужденный сначала скрываться, а затем покинуть родину, успел только поручить этому услужливому человеку позаботиться о нашей судьбе; каждый месяц он должен был передавать деньги, способные удовлетворить наши нужды, в ожидании возвращения отца и его оправдания. Матушка страшно огорчилась, но снова приняла услышанное за правду: ее доверие к моему отцу еще не было подорвано. Она пролила много слез, а затем заявила, что хочет с ним встретиться и ей должны сообщить, где он находится, на что поверенный отца ответил, что непременно это сделает.
Матушку долго вводили в заблуждение разноречивыми вестями; она стала терпеливо ждать, моля Бога вернуть ее дочери отца и даровать ей счастье, обеспечив мне имя и положение.
Прошло несколько месяцев; в конце года наша пенсия уменьшилась, так как этот дворянин разорился. Пришлось уволить служанку; затем, по мере того как я росла, нам пришлось работать. Терпение матушки было неиссякаемым; смирение придавало ей сил. Несмотря на кончину г-жи де Помпадур, г-н де Бельфонтен не возвращался; у него находилось множество доводов, и он по-прежнему кормил матушку обещаниями. Бедная матушка продолжала надеяться и ничего мне не говорила! Она скрывала от меня все свои огорчения.
Наконец недавно она, как обычно, отправилась за нашей скромной рентой. Деловой человек с подобающим в таком случае видом заявил, что пришла пора сказать правду и не обманывать ее больше. По его словам, теперь, когда я выросла, я уже ни в ком не нуждалась, у меня было ремесло, и я могла позаботиться о себе сама, тем более будучи красивой девицей, прибавил он.
Мой отец не был г-ном де Бельфонтеном; он собирался жениться в третий раз и упразднял всякие пенсионы такого рода. Матушка могла считать себя счастливицей: этот человек никогда ни для кого столько не сделал, как для нее, и так долго не помогал своим жертвам, поскольку его состояния не хватило бы на всех. Теперь он исполнил свой долг, и она должна была рассчитывать только на себя.
Бедной матушке казалось, что это сон; она упала с неба на землю. Вот как ее отблагодарили за подобное доверие, за подобную преданность! Однако она решила выяснить все и, проявив настойчивость, узнала имя своего соблазнителя. То был господин маршал герцог де Ришелье.
— Боже мой! — вскричала я.
— Увы, да, сударыня, и с тех пор моя бедная матушка чахнет. Она написала или, точнее, заставила меня написать маршалу, но не получила ответа. Мысль о том, что я останусь без поддержки и без всяких средств, приводит ее в отчаяние. Она стала искать способ добраться до герцога и подумала о вас, сударыня, ведь вы с ним знакомы; вы, столь милостивая дама, как известно в нашем квартале, поговорите с господином маршалом и попросите его не лишать мою матушку помощи, обеспечивавшей ей пропитание и…