— Однако, сударыня, — прервала я чтение, — вы же видите, что он признался в убийстве.
— Да, но не в преднамеренном убийстве. Продолжайте.
«Я убил человека, который меня оскорбил, безоружного человека, какого-то мерзавца-грабителя; я только защищался. Помогите мне выбраться из тюрьмы, иначе я никогда больше Вас не увижу, а мне надо Вас видеть, чтобы жить».
— Ну, и что же вы сделали? — спросила я.
— Я стала ждать, о Боже! Я стала ждать ответа на письмо, которое написала Дюбуа, не посмев пойти прямо к регенту из-за сцены, случившейся накануне. Я тогда не думала, что положение столь серьезно, и надеялась, что графа будут держать в тюрьме очень недолго; палата Ла-Турнель должна была хорошенько все взвесить, прежде чем браться за это дело. По моему мнению, брат суверенного князя не подлежал суду Ответ Дюбуа открыл мне глаза; преступление было тяжким, речь шла об убийстве и, вместо того чтобы отпустить графа, его собирались судить. Не помня себя, я поспешила к господину регенту, но он меня не принял. Я ему написала, но не получила ответа; за час я обошла с десяток вельмож, все они мне отказали; тогда я осознала угрозу и ощутила потребность в дружеской поддержке; я вспомнила о вас и послала вам письмо; вы приехали, и я уверена, что вы мне поможете.
— Что же я могу сделать?
— Мы вместе пойдем к его высочеству регенту; уж вас-то он примет.
— Он едва меня знает.
— Он знает вас достаточно, чтобы считать красавицей; этого хватит.
— Вы не пытались встретиться с ним сегодня?
— Разумеется пыталась, но он отправился утром в Сен-Клу и еще не вернулся. Меня должны известить, как только он будет здесь. Вы пойдете со мной, не так ли?
Когда г-н Уолпол обвиняет меня в романтизме, он отчасти прав в том, что касается моей молодости, ибо с тех пор я окончательно избавилась от этого недостатка, и от него не осталось и следа. Однако в ту пору я не без удовольствия участвовала в этой драме в качестве действующего лица. Я заверила маркизу, что не собираюсь ее покидать, на что она ответила, что мои покои скоро будут готовы. В ответ на мои попытки ее утешить и вселить в нее надежду она покачала головой и сказала:
— Вам еще не все известно.
— Граф не погибнет, мы его спасем.
— Мы не спасем его, он погибнет, уверяю вас.
— Не пугайте себя всякими фантазиями, сударыня.
— Это не фантазии, а реальность. Все те, кто меня любил и кому я это позволяла, погибли насильственной смертью. Я приношу несчастье.
Я сделала недоверчивый жест.
— Вам нужен список жертв и доказательства? Слушайте же:
аббата де Монморанси прикончили на пороге моего дома;
виконта де Жонсака выбросили из окна;
два брата де Шеваля погибли из-за меня на дуэли;
шевалье де Бретёй погиб из-за меня на дуэли;
юный де Блен, первый паж Мадам, был убит в фиакре у дверей Оперы, когда он ждал меня после бала;
аббата де Жизора отравили;
господин де Серне сошел с ума и удавился на собственных волосах;
мой кузен шевалье де ла Вьёвиль взорвал себя вместе со своим кораблем.
Как видите, это длинный список, и в нем известные имена. Граф Горн попадет в него, и в свое время Филипп Орлеанский тоже в нем окажется — это предначертано свыше.
Лицо маркизы, произносившей эти слова, так и стоит у меня перед глазами; я до сих пор помню ее ужас и непоколебимую уверенность, начертанную на ее лице; слушая ее, я тоже оцепенела от страха. Тем не менее я пыталась возражать, а также избавиться от этих мрачных образов, как вдруг вошла одна из служанок и сказала:
— Господин регент вернулся и ждет госпожу маркизу.
XXVII
Я дала обещание г-же де Парабер сопровождать ее, и к тому же, надо признаться, я хотела этого не меньше, чем она. Поэтому я не стала упрямиться и последовала за ней. Кош, доверенное лицо в Пале-Рояле, доложил о нашем приходе. Принц принял нас незамедлительно. Как только регент увидел, что маркиза со мной, его лицо изобразило удивление, однако он превосходно меня принял и учтиво предложил мне сесть.
— Монсеньер, — порывисто начала маркиза, не тратя время на церемонии, — граф Горн в Консьержери.
— Я знаю: он убил человека на улице Кенкампуа.
— Скажите лучше, что он отомстил за нанесенное ему оскорбление.
— У вас неточные сведения, сударыня: он убил пограбил ростовщика, который нес громадные деньги, причем сделал это вместе с неким пьемонтским авантюристом по имени шевалье де Миль, братом конюшего принцессы де Кариньян.