Момент взрыва не заставил себя ждать. Сантина обильно кончила, сопроводив это нечеловеческим криком, в котором была закодирована страсть ее далеких предков, не знавших напускной морали и отдававшихся любви со всей полнотой и горячностью. Вслед за ней, впившись губами ей в шею, кончил и я…
После душа, где я натирал Сантину мылом и приторно пахнущим гелем, а она поливала меня шампунем, мы вновь занялись любовью. Полностью голая, Сантина сдавала мне «крепость за крепостью», с каждой минутой все больше и больше теряя силы. Она надрывала горло, ее движения, как и мои, становились медленнее, тело слабело. Последний раз вскрикнув, Сантина устало упала на меня. Я коснулся губами ее влажного лица и мокрых волос. Как же это было приятно! Женщина улыбалась и тяжело дышала, от нее исходил смешанный аромат пота, шампанского и вина. И безумной похоти. Я мягко целовал ее щеки, гладил попу. И слушал ее сердце, разрывавшееся, словно пулемет. Приятная истома заволокла и мое тело. Как же мне было с ней хорошо…!
Мы уснули под утро.
Сейчас я смотрел на ее спокойное, полное неги лицо с глубокой привязанностью. Возможно, даже влюбленными глазами. Может ли быть такое при «курортном романе»? До сегодняшнего вечера я в это не верил. А верю ли теперь? Думаю, да. Смотрю на эту прекрасную спящую женщину и верю. Мне хотелось всегда просыпаться рядом с ней, целовать ее и любить. Любить страстно и пылко, так как я только способен. Но нашим мирам невозможно было пересечься. Скоро Сантина вернется в Лондон, через несколько дней уеду и я. Мы продолжим жить собственные жизни, периодически вспоминая наше совместное романтическое явление и зная, что у каждого из нас где-то есть человек, время от времени думающий о другом. Быть может, это куда более сильное чувство. И более преданное. Ведь самое главное состоит в том, чтобы два человека были вместе, любили друг друга и вместе переживали все радости и горести. А физическое присутствие рядом порою не так уж и важно.
Крик чайки возвестил о завершении этой ночи. И о завершении нашего апреля.
Конец