– Ясно, – сказала Тая. – Что ж, жаль, конечно, терять такой бриллиант, как ты, у тебя настоящий талант. Но я желаю тебе всего наилучшего. И всё же, на всякий случай, если вдруг по какой-то причине ты решишь вернуться, помни: тебя здесь ждут.
– Спасибо, Таисия, – ответила я. – Уверена, что этого не произойдёт.
– Дай бог. И всё же, помни, что я тебе сказала.
После встречи с Таисией я заехала в бордель, чтобы забрать кое-какие личные вещи. Основную часть своего профессионального гардероба я решила оставить здесь и не брать с собой в новую жизнь, в которой нет места моему прошлому и всему, что связывает с ним или может напомнить.
Перебирая свои вещи, я наткнулась на элегантную чёрную сумочку-клатч, которую купила для меня Ксюша почти полгода назад.
– Ксюша … – вздохнула я. – Где ты, наша милая, ласковая кошечка? Что с тобой произошло? Где ты сейчас?
Дверь открылась, и в комнату вошли Камилла и Роза.
– Привет, Марго, ты уже вернулась? – сказала Роза.
– Алиса приедет только завтра, – добавила Камилла, усаживаясь на диван. – Как встретила новый год?
– Весело и замечательно, – ответила я. – А вы?
– Тоже неплохо, – сказала Роза, – но с тобой и Алисой было бы веселее.
Девочки пустились в подробные описания их новогодней вечеринки, наперебой рассказывая все события минувших двух дней. Они сообщали такие мелочи и подробности, которые, по их мнению, должны были меня интриговать и волновать. А мне было совершенно неинтересно сейчас, кто сколько выпил шампанского и водки, кто раньше других отключился, а кого вызвали клиенты. Я была словно в параллельной реальности, я будто воспарила над всем происходящим, и теперь все события и «интересные факты» потеряли свои краски, утратили для меня всякий смысл. Меня распирало ощущение небывалой свободы и счастья. Я чувствовала себя так, как, должно быть, чувствовал Эдмон Дантес, сбежав из своего заточения и открыв для себя несметные богатства острова Монте-Кристо, и после долгих лет лишений и отчаяния ставший обладателем одного из самых богатейших кладов во всей истории.
Я по ряду убеждений не стала открывать перед подругами истинную причину своего ухода. Я сказала лишь, что возвращаюсь домой, возможно, навсегда, но ещё ничего не решено окончательно. Я сказала так, чтобы исключить какие-либо расспросы с их стороны. Я не хотела делиться своим счастьем ни с кем. Я единолично упивалась своим состоянием и открывающимся передо мной будущим.
* * *
На третий день позвонил Витя. Сердце подпрыгнуло в груди, когда я услышала его голос. Витя сообщил, что сегодня последний день в Лондоне, и завтра он уже будет дома.
Я решила приготовить к его приезду что-нибудь особенное. Надо было съездить за продуктами. Окрылённая счастливыми мыслями, в ожидании скорой встречи, я стала собираться в магазин. Как вдруг в дверь позвонили.
«Наверное, это он, – пронеслось в голове. – Специально сказал, что приедет только завтра, а сам уже на пороге, решил сделать мне сюрприз!»
– Витя! – выдохнула я и бросилась открывать дверь.
Разочарование постигло меня, когда я увидела, что это был не он. На пороге стояла молодая женщина лет двадцати пяти, эффектной внешности. Она осмотрела меня критическим взглядом и ухмыльнулась.
– Добрый день, – сказала она и прошла мимо меня в гостиную. – А где Витя?
– Он в командировке, – ответила я, закрывая дверь. – Будет только завтра. Вы кто?
– Кто я? – удивлённо спросила гостья и бесцеремонно уселась в кресло. – Я Карина, Витина жена. А вот кто ты такая, что задаёшь мне подобные вопросы?
Это был удар для меня, хотя я никогда не исключала вероятности встречи с ней.
– А я София, его любимая женщина, – ответила я, стараясь сохранять спокойствие и достоинство.
– Ах, София, – произнесла она, задумавшись. – Да, да, что-то припоминаю, уже слышала раньше это имя. Стриптизёрша из клуба?
– Уже нет, – сказала я. – А вас это как-то беспокоит?
– Послушай, девочка, – сказала Карина, – если бы меня беспокоили постоянные интрижки моего мужа, я бы давно с ним рассталась.
– Насколько я знаю, вы как раз и расстались, – сказала я, – причём, по его инициативе.
– Это пустяки, такое уже бывало, – улыбнулась она. – Чем чаще мы ссоримся, тем чаще миримся. Чем на дольше расстаёмся, тем крепче потом наши отношения.
– Я вам не верю, – сказала я. – Если бы всё было так, как вы говорите, вы не звонили бы в дверь, а открыли своим ключом.
Мои слова застали её врасплох.
– Я вижу, ты здесь освоилась уже, – она сменила тему, уходя от ответа, – чувствуешь себя хозяйкой. Бедняжка. Господи, чего ж мы, бабы, такие дуры-то наивные? Верим всему, что они нам говорят, каким бы бредом они нас ни кормили. Что он тебе наобещал? Любви и верности? Они всегда говорят одно и то же.