– Да уж, хитрый лис, – согласился Женя.
– Помнишь, я говорил, что жду подтверждения одной информации? – продолжал Исаенко. – Так вот, пока ты тут геройствовал, мне пришло подтверждение. Наш Плетнёв, мало того, что насильник и убийца, он ещё и занимается поставками наркотиков из Азии и продажей на территории нашей страны.
Скворцов присвистнул.
– И это ещё не всё, Женя, – победоносно заключил Исаенко. – Среди его клиентов не простые люди, как мы с тобой, а те, которых мы видели только по телевизору. Там целая преступная сеть, ниточки которой ведут далеко наверх. Наркотики, бордели, торговля «живым товаром», и многое другое. Нам нужно как можно скорее брать Плетнёва. И, как только он заговорит, а он заговорит обязательно, в этом я убеждён, у нас с тобой будет не просто бомба, а «оружие массового поражения». Такого компромата ещё ни у кого никогда не было, за всю мою практику. Я уже связался с отделом по борьбе с наркоторговлей. Там давно уже раскручивали эту структуру и подбирались к «агентам», вроде Плетнёва. И наша информация дала им недостающие звенья в их собственных расследованиях. Так что нашему «клиенту» светит «пожизненное». Поэтому, я надеюсь, он согласится сотрудничать с нами, в обмен на более приемлемый для себя срок.
– А если не согласится? – с сомнением спросил Скворцов.
– Согласится, будь уверен, – ответил Исаенко. – Всему своё время. Там такие умельцы-психологи работают. Обработают его, как следует. Он сам будет готов сказать всё, что требуется. А пока отдыхай, поправляйся.
Исаенко замолчал. Он размышлял какое-то время, поглаживая подбородок. Затем встал, как будто приняв какое-то решение, и распрощался с Женей, сказав, что придёт ещё завтра. Он нашёл меня и сказал, что хочет поговорить со мной о чём-то важном.
Натали осталась возле Жени, а мы с Исаенко покинули больницу и вернулись в город. По дороге мы говорили на отвлечённые темы и, лишь попав в его кабинет, я услышала его идею, весьма рискованную, но не лишённую здравого смысла.
– Сначала выслушайте меня, София, – попросил он, – а потом уже принимайте решение. Мой план прост. Нам для закрытия Плетнёва не хватает пары деталей. И с вашей помощью мы можем их раздобыть. Короче, Соня, извините меня, но я сейчас обращаюсь к вам, как к профессионалке. Ведь Плетнёв навещает вас время от времени, не так ли? Так вот, когда в очередной раз он к вам придёт, вы должны постараться в разговоре вывести его на интересующую нас тему и добиться признания. А мы установим в вашей комнате камеру и всё это запишем. Знаю, вы можете сказать, что это незаконно. Согласен. Но другого выхода у нас нет. Всё это опасно, и вы, конечно, можете отказаться. Но только другого шанса у нас не будет.
Честно говоря, я не была удивлена предложением следователя. Наоборот, я была готова на всё, лишь бы вывести мерзавца на чистую воду.
– Зачем же отказываться? – ответила я. – Если есть хоть малейший шанс упрятать, наконец, его за решётку, то я согласна. Есть только одна проблема.
– Какая? – спросил Исаенко, поражённый и обрадованный моим скорым согласием. – Самая большая проблема для меня была уговорить вас.
– Есть проблема посерьёзнее, – сказала я. – Это видеокамера. Как вы собираетесь её установить?
– Об этом не волнуйтесь, – заверил меня Исаенко. – Я найду способ убедить ваших работодателей разрешить мне установить камеру.
– Вы что?! – вскричала я. – Даже не думайте! Никто из них не должен ничего об этом знать! Вы что хотите, чтобы я работы лишилась?
– Но … – Исаенко не знал, что ответить. – Я думал, что вам нет необходимости продолжать оставаться в этом месте после того, как мы арестуем Плетнёва.
– Вы ошибались, – ответила я. – У меня свои планы на «это место». Я там пряталась не только от Игоря. К тому же, у меня наметилась неплохая перспектива. Так что давайте подумаем, как я сама пронесу и установлю камеру.
– Ладно, – сказал Исаенко. – Значит, установите камеру самостоятельно. Я вам всё объясню. Кстати, когда у вас намечается следующая встреча с Плетнёвым?
– А вот это самый сложный пункт во всём вашем плане, – сказал я. – Этого я никогда не знаю. Он не предупреждает заранее. Просто приезжает, и всё.
– Что ж, тогда нельзя медлить, – ответил Исаенко. – Сегодня же камера будет у вас.
Двумя часами позже я возвращалась к себе на «девятку», неся в сумочке маленькое устройство, помещавшееся в ладони, которое должна была установить где-нибудь в своей комнате. Исаенко проинструктировал меня относительно размещения и установки камеры, а также относительно того, как и о чём мне следует говорить с Игорем, когда он придёт. Всё было предельно ясно и несложно. И всё же существовали две проблемы. Во-первых, камера включалась вручную, так что мне предстояло незаметно включить её в нужное время. Во-вторых, я безумно боялась. Боялась, что не справлюсь, что провалю задание или что-то пойдёт не так; по-прежнему боялась Игоря, хоть Борис Витальевич и заверил меня, что он с группой захвата будет неподалёку. Он планировал взять Игоря сразу, как только тот выйдет от меня.