– Почему я буду мешать? – я упорно отказывалась принять слова госпожи Рикк.
– Потому что ты будешь отвлекать его от основной цели. Вместо того, чтобы упорно добиваться своей мечты, строить свое будущее, Кристиан будет ждать встреч с тобой и не сможет сосредоточиться на главном. Теперь ты меня поняла?
– Да, тетушка Элиз. Но, может быть, одно посещение не станет таким уж страшным?
– Станет, Аммелина. Ты придешь к нему один раз, и он будет ждать второго. А ты разве сумеешь усидеть дома?
Мне пришлось признать правоту госпожи Рикк. Я знала, как Крис хотел стать Воином. Будучи на катере, мы не раз говорили об этом. Я выслушала доводы тетушки Элиз и была вынуждена согласиться с ними. Но все равно в глубине души появилась боль – я чувствовала себя предательницей.
«Тетушка Элиз права, – уговаривала я себя, – Эльвану так будет лучше. Я действительно буду отвлекать его».
Я понимала правильность этих рассуждений, но несмотря на это мне было горько, в глазах стояли непрошенные слезы. Я сердито смахнула их рукой – не маленькая!
Я вошла в комнату и села на кровать. Почему-то сидеть было неудобно. Я подняла край покрывала и увидела мохнатую черно-белую лапку. Рык!
Кот неторопливо выбрался из своего укрытия, подошел ко мне, свернулся на коленях клубочком и завел извечную кошачью песенку. Раньше он никогда так не поступал.
– Ты тоже чувствуешь себя брошенным, – сказала я ему. – Но ведь нам с тобой доказали – так будет лучше.
Я покрепче обняла теперь уже своего пушистого питомца и наконец-то дала волю горьким слезам.
Через две недели тетушка Элиз без стука вошла в мою комнату.
– Аммелина, у меня неприятные новости. – тетушка Элиз не любила длительных вступлений. – Твои родители погибли. Их корабль был найден в одном из секторов Империи. Мы с генералом Гольяном назначены твоими опекунами.
Я сидела, подавленная обрушившейся на меня новостью. Ко мне подошел Рык, потерся, подставляя мохнатую голову, словно чувствуя мою растерянность. Последнее время мы с ним были неразлучны.
– Но как… – Наконец смогла пробормотать я. – Я… я не верю!!! Этого не может быть!
– Может, Ами. – госпожа Рикк впервые назвала меня сокращенным именем. Она присела рядом со мной и неловко обняла, пытаясь утешить. Я недовольно стряхнула ее руки с моих плеч.
– Не надо меня утешать! Я вам не верю!
Тетушка Элиз не стала меня переубеждать.
– Я оставлю тебя наедине с твоим горем, милая, – сказала она. – Когда придешь в себя, приходи ко мне. У меня сохранились кое-какие вещи твоих родителей.
– Нет! – истерично выкрикнула я. – Не надо мне никаких вещей! Они живы, живы, живы!!!!
Я обняла Рыка и зарылась лицом в теплую шерсть.
– Не хочу я никого видеть! – пробормотала я коту в ухо и услышала, как в комнате тихонько скрипнула дверь. Тетушка Элиз ушла, оставив меня одну.
Я хорошо помнила предупреждение матери, и была уверена – тетка лжет! Но она говорила так убежденно… может быть, она сама не знала правды? Нехорошие сомнения терзали меня.
В конце дня прибыл гонец с соболезнованиями от Великого Друида. Им оказался молодой человек по имени Алишер.
– Я поверенный Великого Друида, – сказал он госпоже Рикк. – мой господин выражает вашей семье глубокие соболезнования. У меня послание для леди Корлан.
– Вы нуждаетесь в приватной обстановке? – поинтересовалась тетушка Элиз.
– Нет. – ответил гонец. – Послание Великого Друида могут услышать все. Но мне необходимо присутствие леди Корлан.
– Она здесь. Аммелина! – позвала тетушка. И я только теперь поняла, что именно меня отныне именуют леди Корлан.
«Последняя из рода», – горько усмехнулась я про себя.
– Я здесь. – я подошла к дедову гонцу. – Что вам поручено передать мне?
– Великий Друид просил сказать вам, леди Корлан, что вы всегда были похожи на огонек в ночи. Ваш задор радовал сердца ваших родителей и деда. Теперь у вас остался только дед, который беспокоится о вас, но в данный момент он не может взять вас под свою опеку и просит оставаться под чуткой заботой госпожи и господина Рикк. С самим же Великим Друидом все в порядке, о его здоровье можете не беспокоиться, он вполне может дать фору и молодым. Все! – облегченно выдохнул Алишер.
– Спасибо! – кивнула я ему.
Внешне я оставалась спокойной, но внутри все пело. Я была права! Родители живы и дед давал мне знать об этом! Слова про огонек в ночи – это послание, условный сигнал, предложенный некогда отцом. Когда-то мне казалось, что это просто веселая игра, теперь же она превратилась в светлячок надежды.
***
Глава 12