– Перед тем как Тант… погиб, он рассказал мне, что София приходила к нему. Как раз перед тем, как ее нашли в фонтане. Тант говорил, что она была сама не своя. А после ее гибели к нему пришел какой-то человек.
– Какой человек? – Кронтер подался ко мне всем телом. – Расскажите подробней, госпожа Аммелина!
– А рассказывать, собственно, нечего, Чар. Тант не успел мне ничего рассказать. Он сказал, что этот человек потребовал никому не говорить о визите к нему Софии.
– И он согласился? Тант был честным человеком. И он знал, что я расследую гибель женщины.
– Но тем не менее Тант ничего не сказал Вам. – подытожила я.
Чар Кронтер утвердительно кивнул:
– Ни полслова. Но всё же – почему он так поступил?
– Насколько я поняла, Тант не мог ему отказать. А вот почему – сказать не успел.
– Ему… стало плохо, когда он собрался сказать Вам, кто этот человек?
Я мысленно прокрутила события дня и подняла глаза на следователя:
– Да, господин Кронтер, Тант собирался мне сказать имя.
Чар Кронтер опустил голову. Мне пришлось напрячь слух, чтобы понять его слова:
– Теперь я знаю, что убило нашего друга, миледи.
До меня медленно доходил смысл слов Чара.
– Тант был закодирован?
– Да.
– Но это значит…
– Это значит, что убийца действовал не спонтанно, как мы думали. Это было совершено умышленно.
– Как Вы можете быть уверены в этом?
– Не могу. Но буду. – Чар Кронтер поднялся со своего места. – Я должен покинуть Вас на время, госпожа Аммелина. Прошу прощения, что поначалу вел себя грубо.
– Не оправдывайтесь, Чар. Я всё понимаю. – Я положила руку на его плечо. – Куда Вы собираетесь направиться?
– В Коллегию. Я хочу проверить наши с Вами догадки, госпожа Аммелина. Я буду держать Вас в курсе.
– Когда мне ждать Вас, Чар?
– Леди Аммелина, Вы владеете мыслеречью?
Его вопрос застал меня врасплох. Мыслеречью я владела, как большинство друидов и Воинов, но практически я ее почти не использовала. Я никак не ожидала, что Чар Кронтер мог освоить эту науку. Тем не менее я постаралась скрыть свое изумление и протянула моему собеседнику руку:
– Разумеется, Чар. Я буду ждать сведений от Вас.
Стоило следователю уйти, как в комнату ворвалась Элизабет.
– Что случилось, Аммелина?! Что этот ужасный человек хотел от тебя? Вы так долго были наедине! Это же неприлично!
– Неприлично голой по улице ходить! – огрызнулась я.
Сейчас у меня совсем не было настроения общаться с моей сестрицей. Пусть даже она и изменилась довольно сильно.
– Извини, Лиззи, – сказала я, поднимаясь с дивана. – Я немного не в себе сейчас. Пойду прогуляюсь.
Незаметно для самой себя я оказалась возле дома Кристофера. Я постояла несколько минут, разглядывая покатую крышу дома и мучаясь сомнениями: стоит зайти или нет? Судьба решила всё за меня – из окна второго этажа по пояс высунулся объект моих размышлений и призывно замахал рукой.
– Леди Ами! Как хорошо, что ты решила навестить меня! – раздался его бодрый голос. – Прошу в мою скромную хижину!
«Скромная хижина, как же!» – хмыкнула я про себя, поднимаясь по крутым ступенькам. Я протянула руку, собираясь взяться за золоченую ручку двери, как вдруг резкий порыв ветра отбросил меня назад. Я явственно услышала, как ветер тихо, но настойчиво произнес одно-единственное слово: «Шоон». Слово прозвучало как тихий вздох, но произвело на меня эффект разорвавшейся бомбы. Я слетела с крыльца с быстротой молнии, а настойчивый ветер всё сильнее подталкивал меня прочь.
«Шооон!» – снова раздался полувздох, полустон.
Я буквально летела по пустынной улице, чувствуя, что происходит что-то явно нехорошее. Как Шон оказался здесь, на Эллери? Должно было произойти нечто чрезвычайное. Или уже произошло?
Эта мысль подействовала на меня как удар грома. Я остановилась. И тут же горько и отчаянно взвыл ветер, безжалостно растрепав мои волосы:
«ШШооооннн!!!!!!»
Резкий порыв ветра смел меня с того места, где я остановилась, отбросил в сторону. Спиной я почувствовала сильный жар. Я оглянулась и растерянно уставилась на огромную дыру в мостовой, ровно на том месте, где я стояла несколько секунд назад.