Исповедь

И хочется ему скорей
Убраться ото всех зверей.
Уходят звери всей толпою,
Кей едет узкою тропою,
Которой мул его понес;
Вокруг кустарник дикий рос,
Но это все не отпугнуло
Знакомого с тропинкой мула,
И выбрался из леса он,
Где Кей зверями был смущен.
Лесная кончилась дорога;
Проехал дальше он немного,
И вот ущелье перед ним
Сокрылось черное, как дым,
И сенешалу стало ясно,
Что путь здесь предстоит опасный,
И вряд ли в мире кто-нибудь,
Свершая этот страшный путь,
Не размышлял, о смерти грозной.
Но отступать уж было поздно,
В ущелье должен он войти,
Иного больше нет пути.
И вот, от страха цепенея,
Он едет вниз и видит: змеи,
Тарантулы и пауки,
Ужей огромные клубки,
И, потрясая головами,
Все гады извергают пламя.
И страхом рыцарь был объят,
Но был всего ужасней смрад,
Что испускали эти гады.
Столь отвратительную падаль
Впервые видел сенешал,
И хорошо, что не упал
Он от зловония на месте.
Он думает: с зверями вместе
В лесу остаться б я был рад:
Ведь здесь невыносимый смрад!
Здесь в глубине ущелья смрадной
Зимы дыханье безотрадной,
Здесь посреди ужасной тьмы
Царит ненастие зимы,
Здесь никогда не будет зноя,
Здесь ветер, непрестанно воя,
Несет в дыхании зиму, —
И прямо в грудь летит ему
Зловоньем напоенный ветер.
Не знаю, кто и где бы встретил
Так много мерзости зараз.
И вот, не поднимая глаз,
Проехал он через ущелье —
И на душе опять веселье.
Пред ним зеленый ровный луг,
И душу отпустил испуг;
Он знает, что уже не надо
Бояться умереть от смрада;
Вокруг и чисто, и светло.
Снимает с мула он седло,
Чтоб дать для отдыха свободу.
И на лугу он видит воду —
Глубокий, старый водоем.
Все небо отражалось в нем,
А над его водою чистой
Боярышник расцвел душистый,
А средь травы росли цветы.
Отводит мула он в кусты,
Чтоб дать ему воды напиться,
И сам желая прохладиться
(Так водоем его влечет!),
Из горсти жадно воду пьет.
Затем он мула вновь седлает,
И ровной рысью мул шагает.
Еще не кончен трудный путь,
Еще не скоро отдохнуть
Удастся им, достигнув цели.
Но к вечеру они успели
Доехать до большой реки.
Не переброшено доски
Через бушующие волны,
И ищет Кей, тревоги полный,
Желанной переправы след.
Но ни моста, ни лодки нет.
И, грустно берег объезжая,
Он увидал, что небольшая
Лежит доска. Он перейдет
По ней, коли ступить дерзнет.
Хотя доска была железной,
Но перейти над черной бездной
У рыцаря не хватит сил.
И вот тогда он рассудил,
Что лучше, если он вернется, —
Иначе умереть придется;
Нет, он вернуться принужден.
«Черт побери, — промолвил он, —
Идти чрез узкую дощечку
Из-за какой-то там уздечки
И так погибнуть ни к чему!..»
Опасной кажется ему
Уже пройденная дорога,
Зато опаснее намного
Чрез эту реку переход.
Нет, лучше он назад пойдет.
И повернул обратно рыцарь
И тою же дорогой мчится,
Какой вперед проехал он.
И вот опять со всех сторон
Зловонные клокочут гады;
Но через эти клубы смрада
Кей быстро едет напролом,
И ноет тело все потом
От боли, как укус, колючей.
Вот Кей въезжает в лес дремучий.
Где звери дикие живут;
И все они к нему идут:
Его едва лишь увидали —
Они б его тотчас пожрали, —
Я глубоко уверен в том, —
Когда бы не был мул при нем,
Которого они любили.
Сам рыцарь был в таком бессилье,
Что отказаться был готов
От многих сотен городов,
От всяких Павии сокровищ —
Прорваться б только сквозь чудовищ!
Но вот на луг, где был дворец,
Он выезжает, наконец.
Король, увидя сенешала,
Сам подошел к окошку зала,
А с ним Говен, мессир Жирфлет,
Мессир Ивен и Геэрьет
И много прочих знаменитых
Баронов королевской свиты.
Как только прибыл сенешал,
Король за девушкой послал.
«Спешите, — говорят бароны, —
Въезжает Кей на луг зеленый,
И за обещанную мзду
Он вашу вам отдаст узду».
Но нет узды, бароны лгали,
И говорит она в печали:
«Так скоро он не мог домой
Вернуться с добытой уздой».
И рвет волос кудрявых пряди.
И, видя столько мук во взгляде,
Кто б вместе с ней не зарыдал?
«О, если б Бог мне смерть послал!» —
Она, рыдая, восклицает.
Говен с улыбкой заявляет:
«Прошу подарка я у вас».
«Какого же, мессир?» — «Сейчас
Слова мои должны вы слушать,
Не плакать, постараться кушать,
Я вашу разрешу беду
И привезу для вас узду».
«О, неужели, милый рыцарь,
Моя узда мне возвратится?»
«Даю вам слово». — «Ну, и вам
При всех я обещанье дам
И есть, и спать, и улыбаться».
И тут Говен ей начал клясться,
Что он, не побоясь преград,
Узду ей привезет назад.
Тогда красавица сбежала
По лестнице до входа зала,
Где мул стоял. А Кей домой
Отправился, скорбя душой,
Тревожный, скучный и понурый.
В немилость короля Артура
Он сразу впал, как только весть
Дошла до короля, что честь
Он запятнал позорным делом:
К двору являться уж не смел он.
Рассказ окончен мой о нем.
Теперь я расскажу о том,
Как девушка с Говеном вместе
О радостной сказала вести
И королю и всем, кто был,
О том, что сам Говен решил
Искать уздечку неотступно,
Какой бы замок неприступный
Ее ревниво ни хранил,
Когда б король его пустил.
Король промолвил: «Пусть он едет».
Она ж уверена в победе
И просит рыцаря не ждать.
Но он ее поцеловать
Хоть раз хотел бы пред дорогой.
Ужель такой награды много?
Она, не опуская глаз,
Сама целует в этот раз;
Ей говорит ее сердечко,
Что возвратится к ней уздечка,
Что сможет он ее найти.
Недолго к мулу подойти
И в стремена вскочить Говену;
А девушка вослед смиренно
Молитвы долгие творит:
Пускай Господь его хранит.
Говен уже не медлит боле,
Он на пути в открытом поле
И не забыл взять меч с собой.
Он проезжает луг большой,
Ведущий в лес, где звери злые
Живут, как псы сторожевые.
И львы и тигры всей толпой