-Прости меня, родная. Прошу, прости. Что не была рядом, когда ты так во мне нуждалась. Что ничего не видела дальше своего носа, думая лишь о том, как свои отношения налаживать. Прости, что во всем винила тебя. Не помогала облегчить твои страдания. Не понимала, что ты нуждаешься в поддержке, как никогда, - задыхаясь, как из пулемета строчила Дашка.
-Все нормально, Даш. Кризис миновал. А тебе еще, мне кажется, выпадет возможность наверстать упущенное и оказать поддержку, - грустно улыбнулась я, обняв подругу. Настраивала и себя, и ее на худшее, потому что понимала, что всеобщего внимания мне не избежать.
-Как здесь вообще? Была шумиха или нет?
-Была, Рит. Зданевич, в отличии от тебя, дома не отлеживался. А с побоями в универ и ходил. Конечно, не обошлось без расспросов, а он еще то трепло, - я шумно втянула воздух, поражаясь тому, как таких тварей вообще земля носит.
Первая пара тянулась для меня мучительно долго. Благо это была практика английского, на которой за выполнением заданий особо не было времени на разговоры, потому болтовня о моей персоне свелась к минимуму. А вот по окончанию, когда на коридорах учебного заведения было шумно и оживленно, мне пришлось нос к носу столкнуться с этой мразью. На лице его еще были пожелтевшие синяки, ходил Зданевич согнувшись, Никита знатно ему выписал. Но увидев эту гадкую рожу, мне показалось, что он слишком легко отделался.
-О, вижу оклемалась, бл*ядь. И что ты теперь без своего пихаря? Попустилась?
-А тебя, как посмотрю, жизнь ничему не учит. Что ж ты за дебил такой, нарываешься постоянно?
-Ты бы рот закрыла, да гонор свой в задницу засунула. Или тебя еще не пристыдили разговорами о твоем статусе шлюшки? - Я не выдержала, со всей дури, как только могла и как только умела, заехала Димасику в нос, услышав даже, как что-то хрустнуло, прежде чем брызнула его кровь.
-Ты конченая, Дорофеева, на всю голову! - прорычал со злобой Димасик, но уже не протягивал ко мне руки, хотя я видела порывы. Видимо, чему-то да научило.
-Еще раз вякнешь что-то в мою сторону, я тебе яйца отобью. И не пожалею, как в прошлый раз, когда ты меня до обморочного состояния избил в туалете, альфа-самец херов, - прошипела я, приблизившись к Зданевичу.
-В смысле избил? - удивленного уставились на него его же дружки.
-А что, он вам не рассказывал, как принуждает девочек к сексу? Либо подмешивает дурь в напитки, либо п*издит их. Да, Дим? Член чешется, а извилина не срабатывает на то, как его почесать нормальным гуманным способом, по-мужски. Вот и самоутверждается за счет своей никчемности, - выдаю я, разъедая пыхтящего от ярости Зданевича взглядом.
-Ты че, Димон, бабу ударил?
-Не просто ударил, он ее в углу зажал и издевался над ней, - вклинилась Даша. Вокруг нас собралась толпа, наблюдающая с ужасом за происходящим. Кто-то от услышанного негромко ахал, закрывая рот рукой, кто-то, наоборот, стоял, раззявив его. Во влюбленных взглядах девочек-дурочек виднелось разочарование, а в мужских глазах - презрение.
-Ну, что, Дим, как тебе такая популярность? - язвительно хмыкнула я, гордо уходя, как по красной дорожке, которую мне забыли постелить между расступившихся студентов, которые начали аплодировать. Кажется, я только что получила моральный оргазм. Именно такого поворота событий я не ожидала. И мне нравилось, что я избавила себя от бремени легенд, которые обо мне складывали и Димкиной кровью смыла свое клеймо. Ярлык, который эта мразь на меня пыталась повесить.
-Ну блин, Ритка, ты отожгла, конечно. Че сразу-то мешало врезать ему, когда полез? - и вот пойми, хвалит Дашка сейчас или упрекает.
-Даш, он меня какой-то херней опоил, в том состоянии, что я была, я и трусы сама бы не сняла, - отбилась я от нападок подруги.
-Но изначально ты затеяла с ним эту игру, а оно вон как все обернулось, - я резко остановилась, посмотрев в глаза Зориной с недовольством и раздражением.
-Слушай, Даша, либо мы общаемся на другие темы, либо не общаемся вообще. Все это дерьмо поперек горла стоит. И обсуждать это опять и снова я не стану, - Зорина поняла, что прокололась. Сама час назад мне на шею вешалась и рассказывала, как ценит нашу дружбу и как будет рядом всегда, чтобы поддержать. Так поддерживай, черт подери, а не насилуй мой мозг.