Встав из-за стола, я вышла на крыльцо, накинув на себя плед, надеясь заморозить свои чувства на этом холоде. Прикурив сигарету, глубоко затянулась, присев на скамью, стоящую под козырьком этой небольшой террасы. Не ожидала, что компанию мне составит Наташка, выходя из дома с двумя бокалами шампанского, протянув один мне.
-Не знала, что ты куришь, - негромко произнесла блондинка, сама закурив.
-Надеюсь, что они убьют меня раньше, чем моя жизнь станет совсем печальной, - горько выдыхаю я сигаретный дым.
-Глупая ты, Ритка. Молодая еще совсем. На нем свет клином не сошелся. Я смогла отойти, и ты сможешь, - смешно стало, от того, что у меня здесь, прямо какой-то клуб бывших жен Измайлова.
-Наташ, у нас любовь разная, не находишь? - с укором отвечаю я, не глядя на свою собеседницу.
-Рит, то, что я алчная и меркантильная сука, не отменяет того факта, что я тоже умею любить. Я знаю его чуть ли не с пеленок. Влюблена была как кошка, бегала за ним по пятам. И когда у меня появилась возможность, я просто согласилась ее принять.
-Какая такая возможность? - со смешком поворачиваюсь я к ней, вскидывая брови и продолжаю.
-Самоутверждаться за его счет? Он тебе и шубку и камушки, а ты ему в замен минетик, че плохого то в таких возможностях? Пол Москвы за такие возможности хватается.
-Когда есть чувства, Рита, такие “торговые отношения” как хлыст по спине, со свистом выбивают из тебя все светлое, живое и настоящее. Превращают в холодную расчетливую стерву, и так становится проще жить. Он платит - он и музыку заказывает, а я должна была плясать под его дудку, когда хочет и как хочет. И ты не представляешь, как трудно любить человека и соглашаться на его устоявшийся график “понедельник-среда-пятница”, - на этих словах я вообще выдала болезненный смешок с тяжким выдохом и отчаянно покачала головой. Да, мне был знаком этот график. Значит, Измайлов и меня пытался купить? Перекроить под себя, превратить в свою очередную “деловую” партнершу, чьи отношения строились на купле-продаже? Ну нет, ведь ключи давал, жить со мной хотел, перестроил все свои графики и каждую свободную минуту уделял мне. Но мне захотелось, чтобы слова Наташки относились и ко мне. Чтобы я хоть в чем-то могла обвинить Измайлова. Потому что всю вину я взяла на себя. Исповедь Наты я никак не прокомментировала, а она, выждав минутное молчание продолжила.
-Прости меня, Рита. Меня деньги испортили, отношение такое хамское, как к вещи, испортило. Я людей стала презирать и ненавидеть, а уж женщин тем более. Бросаться была готова на каждую, кто в его сторону смотрит, а по сути, была только временным дополнением, которое по истечению срока стало негодным.
-Нат, зачем ты все это мне сейчас говоришь? - я не понимала, к чему эти откровения. Становиться подругами с Натали, я не горела желанием. Все-таки она стала причиной, по которой все начало разваливаться.