Спать рухнула около двух ночи, даже не потрудившись расстелить постель. Измученная, но довольная собой. «Мазохиста несчастная!» - закатила бы глаза Шубина.
Проснулась на рассвете от кошмара. Снилась Рита. Она сидела на подоконнике нашей старой комнаты в общежитии. На Шубиной было то же светлое платье, что и в нашу последнюю встречу.
- Я знала, что ты не умерла! Какая глупость, Ритка! Вот я дура! – я хотела кинуться к подруге с объятиями, но что-то в ее облике меня остановило.
Рита молча смотрела на меня и улыбалась. Спокойно и безучастно.
- Рита, ну-ка встань с подоконника! И вообще, отойди от окна! – закричала я ей, все еще оставаясь парализованной и неспособной подойти к подруге, чтобы увести ее подальше от опасного места.
Но Рита словно не слышала меня. Она медленно отвернулась, взялась за облезлую оконную ручки и повернула ее с противным скрипом.
- Нет! Не надо! - закричала я то ли во сне, то ли уже наяву и открыла глаза.
Я не могла спасти Шубину. Очень хотела, но не могла, даже во сне.
Еле дождавшись восьми утра, я принялась звонить следователю Левченко. Рабочий телефон его, конечно, молчал, поэтому я набрала номер мобильного, который тоже был на визитке.
- Семен Александрович, доброе утро! Извините, что так рано, но мне нужно с вами поговорить! – затараторила я, как только мужчина взял трубку.
- Кто это? – хрипло спросил следователь.
- Это Полина, подруга Маргариты Шубиной, которая позавчера…
- Да помню-помню. Что там у вас? – недовольно перебил меня Семен Александрович.
- Понимаете, я пять лет жила с Ритой в одной комнате, пока мы учились. Так вот, она просто ненавидела уборку, каждый раз старалась увильнуть.
- И?
- С какого перепугу ей приезжать в арендованную квартиру и сразу кидаться мыть окна? Бред же!
- Ну… может, грязные были? - следователь словно продолжал издеваться надо мной.
- Рита не из таких девушек. И зачем в дорогом белье? Кто так одевается для уборки?
- Так, все, стоп. Послушайте, девушка, вы подругу свою сколько лет не видели? Люди меняются. Если у вас есть какая-то существенная информация по делу, приезжайте в управление. По телефону я все это слушать не буду. – Левченко говорил с раздражением, но старался держаться в рамках приличия.
- Вы правы, мне лучше заехать, - согласилась я с Семеном Александровичем.
- До встречи. – Буркнул мужчина, и в трубке послышались короткие гудки.
Глава 4.
I
Утром я съела пережаренный омлет. На вкус он был как мочалка, но вчерашняя история с обмороком, которого, наверняка, не случилось бы, не будь я голодной, заставила меня все же проглотить этот так называемый завтрак. Кулинар из меня так себе, но комплексов по этому поводу я не испытываю.
Не смотря на ранний час, на улице уже ощутимо припекало. Мысленно похвалила себя за выбор белой шифоновой юбки и синего топа на бретельках. К черту дресс-код, ничто не заставит меня в такую жару надеть что-то с рукавами!
В офисе еще пусто. Обожаю это время: ни суеты, ни шума, ни отвлекающих звонков. Я спокойно и плодотворно поработала и теперь привычно опережаю свой же график. Моя внутренняя трудоголичка довольно урчит.
В начале первого в кабинете запахло Фонаревым.
- Привет, Полина! Вау! Да мы просто идеально подходим друг другу, - громко заявил коллега с порога.
- Что? – обычно я понимала шуточки Фонарева с первого раза, но бессонная ночь и накопившаяся усталость, видимо, убили мое чувство юмора.
- Да расслабься, милая. По цветовой гамме я имею ввиду, - на Косте была белоснежная рубашка и темно-синие брюки.
- Ну да, точно, – кисло улыбнулась я.
- Что-то случилось? Не застал тебя вчера, - спросил Костя с нотками беспокойства в голосе.
Вообще-то его внимание приятно. Немногим людям в этом мире не безразличны мои проблемы. Может, я действительно несправедлива к Фонареву?
- У меня умерла подруга, Кость.
- Оу… близкая? – парень сел напротив и с сочувствием заглянул мне в глаза.
- Мы очень дружили пока учились, потом я уехала, и общение оборвалось. Но совсем недавно Рита приехала в Питер, мы встретились и очень душевно поболтали. Как оказалось, в последний раз.