- А что случилось? Она болела?
- Нет. Говорят, мыла окно и случайно вывалилась. С двенадцатого этажа.
- Что значит, говорят? – ухватил самую суть мой дотошный коллега.
- Не знаю, Костя, я в это не верю. - Прошептала я и закрыла ладонями лицо. - Как бы тебе объяснить. Во-первых, Рита, в отличии от меня, никогда не была неуклюжей растяпой. Во-вторых, все случилось в съемной квартире, в которую она только-только заехала, а подруга моя та еще хозяюшка. Я с ней жила, я знаю! В-третьих, ты бы видел, в чем ее нашли – дорогой пеньюар с рюшами! Не сходится все это, слишком не похоже на нее.
- Звучит и правда странновато, но люди меняются, а вы давно не общались.
- Следователь мне то же самое сказал. Согласна, меняются. Только я виделась с ней две недели назад, и ты знаешь, да, Рита, изменилась. Но поверь мне, она стала еще меньше похожа на домохозяйку, одержимую чистотой окон!
- Могла как раз с непривычки поскользнуться. - Продолжал рассуждать Фонарев. - Что еще следователь говорит?
- Да что следователь, с ним все ясно. Удобно ему, чтобы это был несчастный случай.
- А у тебя есть какие-то подозрения?
- У Шубиной был здесь мужчина. Женатый. Я мало о нем знаю, хочу вот выяснить, не мог ли он как-то… помочь Рите с мытьем окон.
- Ясно. Ну что ж, если нужна помощь… У меня есть знакомые, ты же знаешь, - Костя начинал свою карьеру в прокуратуре, но потом понял, что зарплаты следователя ему не хватит ни на новый спорткар, ни на часики Rado и быстро переметнулся на темную сторону частного консалтинга.
- Спасибо, Костя, пока ничего не нужно, - неожиданно мне захотелось положить голову на эти могучие плечи и хоть минутку не думать ни о чем мрачном. Но нет. Никаких слабостей и вольностей. Держаться и не раскисать! - Разве что, прикроешь меня вечером перед Ириной? Хочу еще раз со следователем переговорить.
- Да не вопрос. Ты же знаешь, шефу сейчас не до работы, - Костя изобразил руками большой живот, - ей всего пара недель до декрета, сейчас Ириша - само умиротворение и доброта! Всегда бы так.
Я обожаю нашего босса и по совместительству старшего партнера фирмы, Ирину Фролову. Это она взяла меня под свое заботливое крылышко, когда я, вчерашняя студентка и тихая скромница, только-только устроилась сюда работать.
Ирине слегка за сорок, всю сознательную жизнь она по кирпичику строила карьеру и только теперь созрела для семьи. Я рада за начальницу, но с ее уходом в отделе грядут большие перемены. Если бы не Ритина смерть, все мои мысли сейчас были бы об этом.
- Кстати, кто у нас новый босс, не известно еще?
- Нет, совет директоров на следующей неделе, там может что и решится. Пока все тихо, но большинство ставок на Парамонова, ты же понимаешь.
Я поморщилась. Владислав Сергеевич Парамонов работал в компании с момента ее основания, но высокой должности до сих пор не занял. Толку от него, как от юриста было мало. Славился Парамонов скорее своей маниакальной придирчивостью и умением сеять страх и панику на пустом месте. Особенно от него доставалось неопытным новичкам, которые воспринимали все его нелепые угрозы за чистую монету.
- Понимаю, - вздохнула я, – понимаю, что мне придется не сладко. Владислав Сергеевич меня не любит.
- Что за глупости, Полина? Как тебя можно не любить? – нежно проворковал Костя.
Я улыбнулась и покачала головой. Фонареву только дай повод пофлиртовать.
С возможным будущим начальником у меня не сложилось с самого начала. Шесть лет назад на моем месте, в этом самом кабинете сидела его дочь. Однако, Кристина Парамонова больших надежд отца не оправдала и с обязанностями справлялась откровенно плохо. Ирина ее терпела, но недолго. Увольнять сразу из уважения к Владиславу Сергеевичу не стала, решила нанять меня «в помощь». Уже через пару недель вся работа Кристины перетекла ко мне, а мадам Парамонова стала коротать будни за онлайн шопингом и бесконечными чаепитиями с Аллой.
Парамонов тогда только качал головой и приговаривал, что Полина Маринова - провинциальная выскочка, которая подсиживает его дочурку. Примерно через год моего «подсиживания» Кристина закрутила роман с мускулистым сотрудником отдела внутренний безопасности. Вскоре она ушла в долгосрочный декретный отпуск, чему все, включая меня и Ирину, были несказанно рады.