- Полина, мне неловко просить, ты и так нам очень помогла, но больше некого, – тихо сказала она, комкая в руках бумажную салфетку.
- Ольга Петровна, я очень хочу хоть что-то для вас сделать, говорите, что нужно.
- Помоги забрать Ритины вещи из той квартиры. Следователь дал нам ключи. Одной мне не справиться, а с мужем тем более. Он все время молчит, вообще никак на меня не реагирует. Тяжело ему очень, переживаю, как бы сердце не подвело. Он ведь Риточку больше жизни любил. – На припухших глазах женщины навернулись слезы.
- Я с вами съезжу! Когда вам удобно?
- Думала, завтра, если у тебя нет других планов. Как раз суббота, с работы хоть тебя не придется не дергать.
- Конечно. - Кивнула я, чувствуя, как горлу подступают слезы.
- Спасибо, Полина. Ты была Рите хорошей подругой. Знаю, вы в последние годы не общались, но ты ведь не в обиде на дочку? Надо было ей сразу с тобой в Питер уезжать, как она и хотела. А я ее тогда отговорила ведь. Не смогла от себя отпустить. Может быть жива была сейчас наша девочка. Виновата я перед ней.
- Ну что Вы, Ольга Петровна! Рита сама все решила. Она всегда сама решала. Никто не знает, как бы сложилась ее жизнь. Вам нельзя себя винить, ни в коем случае, слышите?
- Да как же не винить? Как не винить?! – неожиданно громко воскликнула женщина. - У нее год был уж такой плохой… а я не помогла. Пыталась, конечно, разговаривать, только она замкнулась, ничего не хотела слушать. Сбежала вот даже от нас с отцом в Питер, с мужчиной этим малознакомым. Еще и женатым! Надо было нам с отцом под замок ее посадить, даром, что взрослая. Целее была бы!
- Да разве ее можно было удержать? Не ругайте себя, пожалуйста.
Ольга Петровна отрицательно замотала головой. Ей, как и мне, очень нужно было найти виновного в смерти Риты. Только за неимением другой информации, женщина решила назначить на эту роль себя.
- У Риты были какие-то неприятности в прошлом году? – осторожно спросила я.
- Были-были, Полиночка. Да у кого же их нет этих неприятностей? – грустно улыбнулась мне Ольга Петровна, и я поняла, что на этом обсуждение Ритиной жизни окончено. На сегодня во всяком случае.
IV
Ближе к вечеру ко мне каким-то ветром снова занесло неугомонную Эмму Суворова. А я ведь так наделась не встречаться с ней по крайней мере до суда.
Угрожающе позвякивая жемчужными бусами, клиентка пыталась выпытать у меня какую-то новую информацию по своему квартирному делу.
- Эмма Васильевна, как только будет назначено судебное заседание, я сразу дам вам знать. Но, как я уже говорила, процесс это не быстрый, нужно запастись терпением. Вы не хуже меня знаете, как работает эта система, - на сей раз вины моей перед ней не было, поэтому я включила успокоительно-воспитательный тон.
- Ладно-ладно, Полина, я всего лишь была неподалеку на Невском и решила вас навестить. - Невинно захлопала ресницами Эмма, - Просто держите меня в курсе, дорогая, и тогда я не буду вам докучать.
Я собиралась выдать вежливую и не совсем правдивую тираду о том, что она совсем мне не докучает, но Суворова уже нашла более интересную тему для беседы:
- Ой, а что это у вас тут? – с любопытством воскликнула женщина, кивая на длинный чехол, висящий на двери.
Все то ей надо знать! Боже, дай мне терпения...
- Это платье, Эмма Васильевна. У меня вечером встреча, - я бы добавила каких-нибудь сочных деталей, чтобы поддержать разговор, но сама еще не знала, куда иду сегодня с Павлом.
Не спрашивая моего на то позволения, Суворова расстегнула чехол и выудила из него груду бордового бархата. По скривившемуся лицу Эммы Васильевны я поняла, что наряд мой ее не впечатлил.
- Дорогая, а встреча эта с мужчиной? - задумчиво пробормотала клиентка, вешая плечики с платьем обратно на дверь.
- Да, но ничего романтического. Мы по делу встречаемся, - не то пояснила, не то оправдалась я.
- А мужчина этот... с которым по делу. Он какой вообще? Ничего или так себе?
- Мужчина хороший, но...
- Вы будете только вдвоем? – перебила меня женщина.
- Я не знаю, возможно, но...
- Платье не подходит! – вынесла вердикт Эмма.
- Что, простите?