- Письмо от Риты? Что это значит?
Мне ничего не оставалось, кроме как рассказать ту часть правды, которую, по-моему мнению, я могла ему выдать:
- То, что случилось с Ритой, не было несчастным случаям. Как я и думала с самого начала. Но никто другой здесь не замешан.
- Как это понимать? - Сомов смотрел на меня с недоверием. Кажется, решил, что я совсем свихнулась с этим своим любительским расследованием.
- Она сделала это сама, Паша. Риты выпала из окна... намеренно. - Выговорить эту фразу мне было очень сложно. Звучало дико.
- Вот это да... – мой поздний гость присел на стул и ослабил свой галстук, - и она написала тебе об этом перед тем, как...?
- Да, ей хотелось кому-то выговориться. Своеобразная исповедь...
- И что же было в письме, что заставило ее так поступить?
- Я не могу тебе рассказать. У нее были причины, но она хотела сохранить их в тайне. Как и тот факт, что ее смерть была самоубийством, - проговорила я, гладя ему в глаза. - Ты сможешь, не говорить никому об этом? Саше в первую очередь.
Он помолчал, потом выдохнул:
- Да, думаю, лучше ему считать смерть Риты несчастным случаем. Он только-только начал приходить в себя. А он случайно не... он имеет какое-то отношение к причинам, по которым она совершила… это?
- Нет-нет, Александр совершенно не при чем.
- Хорошо.
- Прости, что не могу всего тебе рассказать, но это не моя тайна.
- Если ты считаешь, что так лучше, я не буду настаивать, - эти слова были именно теми, что я надеялась услышать.
Он взял меня за руку. По моему усталому телу пробежали мурашки.
- Это те цветы? – Павел смотрел на засохший букет на подоконнике.
- Да, не смогла бросить их там, они были так прекрасны. Паша, я… я очень сожа…, - Павел прервал мои очередные оправдания поцелуем.
Я на мгновение забыла обо всем на свете, такой целительной силой обладали его губы. Но вот мужчина отстранился и посмотрел мне в глаза.
Стало так страшно, что он сейчас скажет новую колкость, уйдет и оставит меня одну. Не понимая, что делаю, я провела ладонью по его колючей щеке и прошептала:
- Не уходи, Паша, только, пожалуйста, не уходи, ты мне так нужен!
- Ты не представляешь, как давно я ждал этих слов.
И он остался.
II
- Паша, ты простил меня? – прошептала я Супермену на ухо, вместо доброго утра.
Ночь была безумной. Мы почти не спали. Не ожидала такого ни от него, ни от себя.
- Мм?
- Ну за все это расследование, что подозревала твоего брата и жену его.
- Мне не за что тебя прощать, Полина. В каким-то смысле ты была права.
- В каком это таком смысле?
- Ты сразу поняла, что Рита умерла не случайно, и вся эта история с мытьем окон – спектакль. Просто у тебя не было других подозреваемых. Все логично. Это я должен просить прощения, что не воспринимал твои сомнения всерьез, - Паша нежно чмокнул меня в макушку.
- Да, но тем не менее ты помогал мне, устроил встречу и с Ольгой и с Сашей.
- Каюсь, меня просто покорила твоя грудь тогда, в машине, помнишь? – рассмеялся он.
- Вот, значит, оно что! А я то думала! - возмутилась я, улыбаясь Супермену. Все-таки не зря я купила тот прозрачный бюстгалтер.
Я треснула Супермена подушкой и пошла в душ. Пора было собираться на работу.
Перед выходом я заметила на полке Ритин кулон с птицами. Я надела его в память о подруге. Теперь у нас с пташками есть общий секрет, и ни одна душа на свете больше не узнает о нем.
Шубина наказала себя так, как сочла нужным. Этим ее отчаянным поступком не вернуть ни той девушки, имя которой я уже никогда не узнаю, ни Славы, но я надеюсь, что сама Рита хотя бы на короткое мгновение обрела покой.
Паша настоял, чтобы мы поехали вместе, а вечером пообещал забрать с работы.
По дороге он рассказывал о себе, мы много смеялись. Милые морщинки у глаз снова отогревали мне душу.