И я узнала, что каждое раннее утро кто-то обходит или объезжает километровые пляжи в поисках птиц и животных, нуждающихся в защите от хищников и несознательных жестоких людей. В этих флоридских местах все люди удивительно трогательно заботливые. Это здорово! И довольно необычно.
Мне захотелось подкараулить с волонтерами момент, когда черепашатки, как горох, посыплются и почапают к морю. Но скорей всего это случится ночью или на рассвете. А оказаться на пляже одной в это время страшновато. Вдруг голодные акулы или люди набросятся на меня, не зная, что я уже не аппетитная…
Я всё думаю, кто бы так заботился о самом человеке? По-волонтерски, активно и с состраданием. Кто бы берег людей так заботливо?
Не найдя ответа на свой вопрос, я погрузилась в воду — покачаться на теплых нежных волнах Мексиканского залива.
А вечером я опять приду на пляж, чтобы провожать в ночь гигантское рыжее солнце, погружающееся в море и, словно плавно и быстро засыпающее, приглашая всю природу последовать за ним в ночной отдых.
Море, белый мягкий и пушистый песок, на котором около воды начертано кем-то: «Я люблю это место», нежаркое утром солнце, тишина, птицы, редкие люди мирно и спортивно шагающие или ищущие ракушки, а некоторые в наушниках и с «миноискателями» (может, ищут золото?) радуют глаз, душу и украшают жизнь.
Хочу жить вечно! У моря! Или даже неважно где…
Вы заметьте: в повседневной жизни так много маленьких интересных явлений, событий, объектов для наблюдения, которые радуют и удивляют.
Если научитесь получать удовольствие от этого, то будете восполнять энергию.
И надо верить, что Небо может подарить вам большое счастье как благодарность за ваше маленькое счастье от маленьких радостей!
Празднование 8 Марта в Майами
Рассказ
Еще до переезда во Флориду, как-то в начале марта, устав от суетни, беготни, пустых и причинных хлопот, желая хоть на время забыть о телефонном неврозе и раздражении от стареющего мужа, я внезапно решилась слетать из Нью-Йорка в Майами, штат Флорида, воспользовавшись приглашением друзей, счастливо проводивших там зиму.
Наплевав на дороговизну билета из-за короткого периода от покупки до полета, я вылетела из зимнего, хоть и без снега и мороза, Нью-Йорка и через три часа оказалась в жарком влажном лете под роскошными, растопыренными, как пальцы, пальмами.
Время полета пролетело так незаметно, как будто я съездила за покупками и продуктами в ближайшем районе своего окологудзонного Нью-Джерси.
Друзья жили в многоэтажном роскошном доме с выходом из мраморных просторных вестибюлей сразу на пляж. Я собиралась все четыре дня пробыть на пляже, под солнышком, на океанском ветреном берегу, поменьше есть, выключить голову (репу, как говорит молодежь), походить босиком по песку и покупаться вдоволь в теплом океане.
Но было не жарко, на пляже никого. Океан теплый, но нелюбезный, даже агрессивный, и меня явно не хотел. Я брызгалась в волнах у кромки воды, получала плеск в морду, упрашивала океан успокоиться и снова и снова подлезала к нему, а он меня выгонял.
Но мое убеждение, что соленая вода полезна для кожи, помогало мне смириться с альтернативой не поплавать, а «помочиться» в океанской соленой волне. Жаль, летела в основном за этим, но увы.
Зато, пока я бродила по песчаному пляжу, обнаружила буквально в 500 метрах от дома пляж для нудистов. На маленькой фанерке около символического заборчика висело деликатное объявление, что после этой черты вы можете встретить обнаженных людей.
Я смело прошлась несколько раз через этот, довольно большой, участок пляжа туда и обратно, стараясь не смотреть на немногочисленных голых мужчин, некоторые из которых по непонятным мне причинам были в майках до пояса. Они бродили по пляжу, потряхивая своими причиндалами, и явно ловили взгляды, видимо, ожидая сильных эмоций.
Однажды я увидела храбреца, рассекающего пенную волну. Его коротко стриженная голова в темных очках время от времени исчезала надолго в воде, пугая опасностью не справиться с бушующей мощью океана. Я решила, что он молод и силен, а он стал выходить из воды прямо на меня, стоящую с открытым ртом, и, пройдя мимо, удивил еще больше, оказавшись невысоким худощавым стариком в фиолетовой майке до пояса. И еще на нем были очки.
Мне всегда казалось, что такие пляжи облюбованы в основном голубыми представителями человеческой фауны. Показалось, что некоторый нарциссизм на пляже присутствовал, и короткие до пояса майки на мужчинах, по-моему, это подтверждали.