Так приятно и непривычно, когда о тебе так заботятся, ухаживают и искренне поправляют твое здоровье.
Как будто я во сне все это увидела и даже почувствовала телом.
Как только я пришла в себя, я стала обращать внимание на окружающих людей. Раньше здесь преобладающим большинством были российские граждане. Теперь приезжают русские в основном из Европы, Германии, Израиля, Канады. Много людей из арабских стран.
Мой глаз отметил невероятное преобладание старых лиц и фигур. Хромых, больных, не в меру упитанных, с кислыми лицами, с неопределимым выражением спеси и одновременно беззащитности, обиженных жизнью и окружением людей.
А я с утра до вечера думала о том, как отвратительно некрасива старость, немощность, болезнь, и удивлялась настойчивому желанию этих ходящих полутрупов сохраниться как можно дольше.
Конечно, невольно глядя на эти пожухлые вялые лица, ожиревшие деформированные фигуры, начинаешь приравнивать себя к этой чудовищный некрасивости.
Настроение портится, от зеркала тошнит, и понимаешь, что ты абсолютно идентичен в их ряду. Это-то и вызывает плохое настроение. Ну, так жизнь подкатывает к последней площадке перед спуском.
И дальше — тишина!
Кто знает, сколько выделено человеку для жизни? Почти каждый это время в мыслях увеличивает: может быть, ценность жизни этим и определяется. Человек всё оставляет «на потом», которое может не случиться: разобраться в шкафу, привести в порядок бумаги, кому-то позвонить, отдать или забрать долги, сказать любимым, как вы их любите и цените.
В жизни почти всегда больше огорчений, разочарований, расстройств, страданий, чем радости. Многие это знают.
Но предательская память выделяет доминантой только какие-то определенные моменты жизни и эмоции.
Дряхлость, некрасивость, изменение фигуры — эти атрибуты старости замечают все, но осознают не все. Критически относятся к себе только редкие люди, меньшинство. И даже странно, глядя на них, представлять, что кто-то любит их, ждет, ценит, благодарен, кто-то их целует. Об этом интересно думать, но эти мысли ни к чему не приводят — ни к какому выводу, никакому анализу.
Единственное, что может украсить старость, — это доброта!
Она всегда отражена на лице. Когда человек себя не видит, его лицо выражает его истинные чувства: мало кто контролирует свои мимические мышцы лица.
Человек всегда в своих мыслях и редко замечает, что на него кто-то смотрит, а если замечает, то в эту же секунду преображается!
И начинает изображать то, что, по его мнению, возвышает и приукрашивает его, — создает позитивный образ, по его мнению, ожидаемый наблюдающими.
Февраль 2020
Глава 8
Пожив в Америке и, в частности, в Принстоне несколько лет, я однажды прилетела на короткое время в Москву с Юджином, пятым мужем-американцем — он впервые прилетел в Россию, которую любил издалека так много лет!
К своему удивлению, поняла, как я или Москва изменились. И написала небольшое эссе.
Надо сказать, что некоторые знакомые обиделись на меня, но друзья — нет. Это был 2002 год.
Вот наконец и сбылась давняя мечта — после долгого отсутствия побывать в Москве! «Москва, как много в этом звуке…» Уж поистине много!
И впечатлений тоже. Разных. «От прелести до жути!»
Мы с мужем болтались в воздухе от Нью-Йорка до Москвы (с посадкой в Праге) в течение одиннадцати часов и, прибыв в Москву, хотели освежиться, переодеться, чтобы предстать перед встречающими в полном американском блеске.
Мы не стали делать это в Праге в чистом и комфортабельном аэропорту, чтобы дополнительные два с половиной часа не помяли наши лица и немнущуюся одежду.
А в аэропорту Шереметьево прямиком понеслись в туалет — первый и единственный перед паспортным контролем.
Увы, или «О, ужас!» — в крохотном грязнущем туалете не было никакой возможности переодеться, не испачкавшись о расписанные различными фразами и непристойными рисунками стены. Туалетной бумагой и не пахло! Полотенцами тоже.
К счастью, у меня в сумке были салфетки. У мужа-американца не было с собой сумки… Он вышел растерянным и удивленным, с мокрыми руками. Я подумала: «Десяти лет как не бывало!» Успокоила мужа, сказав, что это просто случайность, зная наверняка, что это наша закономерность.
Быстро пройдя контроль и взяв носильщика, мы выяснили, что багаж наш прибыл не в полном составе. Огромная коробка с подарками где-то задержалась. «Счастье» это было не только наше. Помните: «Если радость на всех одна, то и беда — одна!» Таких, как мы, оказалось больше десятка. Но самое удивительное, что с разных авиарейсов.