Асмик, филолог по образованию, работала в булочной — продавала булочки. Жили на крохотные зарплаты.
В их маленький магазинчик приходила пожилая пара, и муж трогательно покупал для жены «печеньки» ежедневно.
Они виделись с Асмик частенько и не могли не обратить на нее восхищенного внимания: высокая, стройная, тонкая, как лоза, восточная красавица, улыбка которой освещает всё пространство вокруг.
Однажды наша молодая пара пригласила стариков в свою крохотную квартирку, и они стали друзьями, если можно так обозначить обоюдную симпатию.
Старичок оказался человеком необычайной судьбы: он подростком ушел монахом к иезуитам. Его стремление к образованию, которое не могли дать ему родители, реализовали иезуиты, и он изучил историю религии до самых глубин и добился самых вершин в своих познаниях. Он был удостоен приглашений во многие университеты мира, но продолжал изучать… И, конечно, он никогда не был женат.
Уже в зрелом возрасте он ушел из монастыря и стал преподавать в Париже, затем в Чикаго, а затем в Монреале, где с 2001 года получил профессорскую должность в университете Конкордия.
Там неожиданно он и встретил свою любовь. Ею оказалась немолодая монашка из Австралии, получающая мастерскую степень.
Поняв, что они хотят быть вместе, они отказались от монашества и соединились. Ей было около 50. Ему чуть больше 60.
Он уже имел всемирный почет и признание. Она стала заведующей кафедрой истории религии в том же университете. Но эти люди были абсолютными детьми в людской суете и толчее и быте.
Не имея ранее денег и не зная их власти и гнета, они столкнулись с проблемами из жизни людей и человеческой нечестности.
Они вдруг приобрели возможность купить… всё. Всё, что хотелось! В первую очередь книги, которых было множество и которые двигались по жизни с ними.
Потом пошла недвижимость. Скромная, но респектабельная.
Они приобрели великолепную квартиру.
А вскоре купили дом во Франции, неподалеку от Бордо, в маленькой деревеньке, окруженной виноградниками, виньярдами. Шато (добротный дом) со старинными винными погребами и постройками.
На каждом этапе ремонта, дизайна, закупок по дому их нещадно обворовывали, воспользовавшись их неопытностью и возвышенностью над суетностью, непрактичностью.
И со временем вдруг выясняется, что платить за большую квартиру нечем. Наверное, всё потратили неосмотрительно.
Они переезжают из нее в крохотную, где не умещается их культурный скарб, и погружаются в отчаяние, но это не конец движения…
И тут наши Асмик и Ашот проявляют свое человеколюбие, доброту, уважение к старшим, к интеллекту и просто к возрасту и предоставляют им возможность жить бесплатно в оборудованной удобной квартире, на которую сумели заработать и купить и которую собирались сдавать в аренду, чтобы иметь прибыль, увеличив свой ежемесячный бюджет.
Старики в ответ приглашают их в свой дом во Франции — красивый, функциональный, с современными удобствами.
С садиком и огромным черешневым деревом.
Через некоторое время эта пожилая пара, у которой нет ни детей, ни родных, так привязалась к Асмик и Ашоту, что они стали родными друг другу.
Счастье к пожилой паре пришло поздновато и длилось недолго. Она заболела серьезно и знала, что диагноз трагический.
Он начал терять короткую память, что означало начинающийся синдром Альцгеймера.
И старики принимают решение передать дом в предместье Бордо Асмик и Ашоту.
Принимают решение легко, а наша пара не может прийти в себя от их доброты и щедрости. Потому что работают тяжело, поднимаясь медленно по социальной лестнице другого мира и проходя через многочисленные операции сына.
И вот все документы оформлены и подписаны. Обязательства нашей молодой пары по контракту минимальны, на уровне человеческой помощи, в которой они никогда бы не отказали ни старикам и никому другому, нуждающемуся в ней. Поскольку помимо интеллигентности обладают невероятной душевной добротой и отзывчивостью.
Пожилая женщина направляется в госпиталь, зная, что оттуда не вернется, и, мужественно проявляя заботу о муже, нуждающемся в постоянной заботе и помощи, на этой же машине скорой помощи везет его в «старческий», как называет его Асмик, дом.
Вскоре она ушла из жизни. Он недолго еще жил под постоянным уходом. Асмик и Ашот навещали его еженедельно. Он «ушел к жене».
А мои замечательные армянские канадцы, или канадские армянцы, как я их поддразнивала, Асмик и Ашот, иногда посещают свою очаровательную французскую недвижимость, в которой всегда тусуются многочисленные друзья и гости… Бесплатно!