Что же случается с человеком в это неуловимое мгновение? И вообще: что делает человека живым? Кто же прав: те, кто ищет, где же у человека находится душа, или те, кто утверждает, что этой самой души не существует, а есть одна только физиология?
И потом, почему человек так противоречив: боится и при этом тянется к мертвому?
Мне, например, по-настоящему жаль всех этих парней, которые погибли на моих глазах: охранников, того программиста, равно как и обоих боевиков. Ведь все они еще только вчера были живыми людьми! И в то же время мне бы… Не то что хотелось бы увидеть «живую» смерть еще раз — не так… И тем не менее было в том нечто привлекательное, зовущее пережить вид чужой смерти еще и еще раз.
2
…К завтраку я вышла чуть опоздав. Вячеслав Михайлович уже поел и размеренно пил кофе.
— Доброе утро, Виолетта Сергеевна, — сказал он, слегка поклонившись. — Прошу прощения, что пришлось прервать ваш отдых, но у нас очень ограничено время.
— Доброе утро, — ответила я, усаживаясь за стол. — Простите за опоздание…
— Я понимаю: женщине времени на утренние процедуры нужно несколько больше, чем нам, мужчинам, — перебил он меня, взглянув на часы. — Через двадцать минут я жду вас у машины. Приятного аппетита!
Он поднялся и неторопливо вышел.
Что и говорить, умеет он разговаривать с теми, кому платит. Вроде бы мне сейчас ничего не сказал в осуждение, вроде бы и понимание выразил — а дал при этом понять, что я его задерживаю!
Во мне боролись два желания: соблюсти такт и выйти к машине ровно через двадцать… Теперь уже через пятнадцать минут — либо же опоздать минут на пять. Поколебавшись, решила все-таки выйти вовремя. Как ни говори, сейчас я рядом с ним не привлекательная женщина, которая может позволить себе немного покапризничать, а работник, отрабатывающий неплохую зарплату.
Короче говоря, я вышла в холл минута в минуту. В дверях столкнулась с Вячеславом Михайловичем. За ним неотступно и привычно следовал Игорь Викторович. Широкие плечи телохранителей виднелись по ту сторону стеклянных дверей. Петра Васильевича нигде видно не было.
Игорь Викторович, увидев меня, слегка, подчеркнуто вежливо, склонил голову. Я ответила ему столь же холодным кивком.
Интересно, понимает он, почему, за что я его так ненавижу? Если понимает… От одной мысли об этом мне стало жарко. Будем считать, что не понимает.
Вячеслав Михайлович пропустил меня в распахнутые охранником двери. И мы вместе зашагали по бетонным плиткам. Трава вокруг обильно блестела росой.
Мы вышли на автомобильную площадку, и тут же заурчал мотором тот огромный лимузин, на котором за мной приезжал Игорь Викторович. Надо ж, как тут у них все вышколены — нигде не приходится терять ни секунды!
3
— Добрый день, Хакер, — спокойно и вежливо поздоровался Вячеслав Михайлович с подсевшим к нам в машину мужчиной.
— Здравствуйте, — буркнул тот. И тут же добавил — Впрочем, с такими приключениями один прекрасный день для меня уже не станет добрым.
— Каждый по-своему зарабатывает свой кусок хлеба, — философски заметил Самойлов. — Где ваша жена?
— Уже в аэропорту.
— Вот и отлично. Мы туда и едем. Ну а теперь перейдем к делу. Мне передали, что вы все раскрыли…
Хакер кивнул:
— Да, раскрыл. Но голову пришлось поломать. Надо сказать, там мастер работал, — добавил с уважением. — Хотел бы я с ним познакомиться…
Шеф громко фыркнул:
— Те ребята тоже не против с вами познакомиться. Потому вы и убегаете из города.
Хакер передал Вячеславу Михайловичу коробочку с дискетами.
— Каждая помечена, — продолжал шпион от электроники. — Здесь все дискеты: и вскрытые, и зашифрованные. А вот здесь, — из своего кейса он достал папку с бумагами, — распечатка интересующих вас сведений.
Самойлов взял и то и другое, небрежно положил на свободное сиденье.
— Очень хорошо, — кивнул он удовлетворенно. — Ну а теперь второй вопрос.
Хакер явно насторожился, встревоженно уставился на Шефа.
— Что вы имеете в виду?
— А вот что, — голос Самойлова обрел уже знакомые мне жесткие интонации. — Меня интересует, не вздумал ли ты шутить со мной?
— Что вы имеете в виду? — с нарастающим беспокойством повторил Хакер.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, — наклонился вперед и в упор уставился на него Вячеслав Михайлович. — Меня интересует, не вздумал ли ты снять ее копию с документов и передать кому-нибудь еще?
Если бы была возможность продавиться сквозь сиденье и перегородку в кабину водителя, Хакер сделал бы это.
— Да кому я их мог передать? — белея, со страхом спросил он.
— Покупателей на такие бумаги и дискеты нашлось бы много, — жестко цедил слова Шеф. — Та же милиция, например…
Его собеседника прошиб пот. На него жалко и противно было глядеть. Да и то сказать — наверное, он прекрасно знал, чего можно ожидать от Шефа, если не сумеешь оправдаться.
— Послушайте, — зачастил он, вытирая платочком мокрый лоб. — Я ведь прекрасно знаю, чем и что может мне грозить! Если я сработал на вас, против меня ополчится Секретарь и вся его кодла. Они меня и так из-под земли достанут. Поэтому я и улетаю так далеко, чтобы тут все успокоилось… Вы же знаете, куда я улетаю, — если что, вы сумеете меня достать! Мне сейчас нет необходимости менять хозяев…
Самойлов перебил его сумбурную речь.
— Это очень хорошо, что ты это понимаешь, — ласково, по-доброму сказал он. — И тогда я спокоен.
Машина плавно остановилась у тротуара. Тут же, словно из воздуха, материализовался человек. Почтительно распахнул дверцу.
— Всего доброго, Хакер, — кивнул ему Самойлов. — Возвращайся быстрее.
Руки ему Вячеслав Михайлович не подал.
Хакер-Домодедовское шоссе
Алексей Алексеевич никак не мог отойти от пережитого страха. Это ж надо, как напугал его этот мафиози! Прямо мурашки по коже пошли, когда он в глаза уставился. Да и не удивительно: мигнет своим мордоворотам — и поминай как звали…
Нет, надо бросать эту работу. Вон на разработке программок для игр зарабатывал же и более или менее неплохо зарабатывал! Да и за то, что взламывал защиту и тиражировал лицензионные лазерные диски для «CD-ROM», тоже платили неплохо… Нет же, черт попутал — погнался за длинным рублем!
Оно конечно, Боксер платит неплохо. Но во время последней акции уж слишком много шума получилось. Хрен с ними, с охранниками — из-за них Секретарь шум поднимать не стал бы, разборки устраивать всякие. Да и из-за программиста того тоже. За машины раскуроченные уже мог бы… Но если он узнает, что именно он, Алексей, по кличке Хакер, сумел разобраться в системе кодов и извлек-таки на свет божий всю эту информацию, тут уж ему несдобровать.
Сейчас, когда все страхи и ужасы остались позади, он мог себе честно признаться, что если бы заранее знал, что во время нападения будут жертвы, он нашел бы возможность отказаться от участия в этом деле. И если бы знал, какого рода информация спрятана в блоках памяти, — тоже. Потому что там было такое…
Варфоломей Коробейников в неповторимых «Двенадцати стульях» в свое время надеялся обеспечить себе старость за счет того, что создал архив с точным описанием, кому что досталось из мебели. Мафиозный «авторитет» по кличке Секретарь решил пойти по аналогичному пути. Он собирал сведения о своих «коллегах» по криминальному ремеслу. В его электронном досье хранилась информация о многих. О знаменитом, ныне уже покойном, Сильвестре. О Сухостоеве, по кличке Сушеный, которого в очередной раз взяли осенью 94-го и которому, скорее всего, уже не выйти из «зоны» до скончания века — если, конечно, опять не сумеет сбежать. Американское ФБР, например, немало заплатило бы Секретарю за сведения, которые у него были собраны на Япончика. Салоник, Фазан, Аргун, Мастер Стас, Алтаец… Кого только не было запрятано у него в безразмерной электронной памяти! Причем регулярно обновляемой — только на днях он внес изменения в досье на неких Азиза и Сараби…