- Здравствуй, Илона, – степенно поздоровалась с ней Скарлетт, тщательно подбирая слова.
Я не стала так церемониться и просто помахала рукой. Вампирша отвлечённо кивнула и пошла в зал, откуда доносились приглушённые голоса собравшихся.
- Почему она такая неприветливая? – осторожно спросила я так, чтобы не вызвать никаких подозрений. Мне снова приходилось балансировать на лезвии ножа.
- Провалила идеальный с виду план и теперь злится на Александра. Она всегда тяжело переживала неудачи, а тут снова полное фиаско.
- Понятно... Кто ещё должен прийти? Кого ждать?
- Все пришли. Пора закрывать дверь. Ты встанешь около неё и будешь следить, чтобы никто из людей не подходил слишком близко, а я пойду по делам, вернусь к полуночи. Ратмир сам разберётся с посетителями, я передумала. Ты всё равно здесь не ориентируешься. Поняла?
- Обижаешь! – сказала я оскорблённо и встала около Скарлетт.
Вампирша взялась за тяжёлую створку и закрыла дверь. Даже для неё стоило огромного труда сдвинуть с места эту махину. Потом она повесила старинный замок и просунула сквозь ручки двери тяжёлую цепь. Знаком приказав мне занять удобное место возле входа в зал, Скарлетт дала мне в руки сотовый и рацию военного образца.
- Телефон для меня, рация для них. Не говори им своё имя, иначе неприятностей не оберёшься. Они становятся очень злыми после Совета, уже проверено и не раз. Далеко не всех устраивают решения, которые там принимаются. Если что, смело зови Ратмира. Его многие побаиваются из-за не слишком терпеливого характера и комплекции. Желаю удачи!
Я кивнула, и Скарлетт пошла к выходу из библиотеки. Через некоторое время раздался шум мотора, извещавший, что вампирша уехала. Я убрала сотовый и рацию в сумку, которую аккуратно повесила на подходящий крюк в стене. Насколько хватило моего образования, раньше он использовался, чтобы держать керосиновые лампы.
*Авантюрин – мелкозернистая разновидность кварца (кварцита). Окраска авантюринов обусловлена составом включений и примесей, обычно они окрашены в красно-бурый, коричневатый, серо-жёлтый, зелёный цвета. Характерный искристо-золотистый отлив и мерцающий блеск авантюрину придают включения чешуек слюды и гематита, а также трещинки, заполненные гидроксидами железа.
**Брэм Стокер – ирландский романист и автор коротких рассказов. Его самый известный готический роман — «Дракула» (1897).
***Стефани Майер – американская писательница, ставшая известной благодаря серии романов о вампирах «Сумерки».
====== Совет глазами Автора ======
Когда за Илоной захлопнулась дверь, и вампиры услышали привычный лязг цепи и поворота ключа в замке, они внимательно оглядели друг друга. На сегодняшнем Совете появилось много новых вампиров, приехавших издалека, чтобы лично проверить, как шли дела с поимкой Александра Маркула. Многие из них уже столкнулись с дикими выходками кровожадного собрата, поэтому прекрасно понимали, что пора было что-то делать. И не болтать, а именно действовать, решительно отрезая Александру все пути к отступлению. Правда, мешала одна небольшая, но значительная проблема – как и все бессмертные, вампиры плохо уживались друг с другом. Когда уж тут было говорить о большой охоте, если каждую минуту один из «ночных охотников» развязывал дурацкую ссору на пустом месте?
К счастью, пока всё было относительно тихо и спокойно.
За длинным столом в центре зала, прямо под массивной люстрой века, похоже, шестнадцатого, сидели главные вампиры Совета. Они прибыли накануне утром на личном самолёте прямо из Испании, – представители сильнейшего клана Маркула. Обычно на их месте восседала Скарлетт, но из-за срочных дел её заменила Мэган.
Мэган Маркула считалась самой странной «охотницей» своей немногочисленной семьи. Она была молодой девушкой, чуть ли не подростком, с пышными рыже-каштановыми локонами, пухлыми губами ребёнка и невинными карими глазами, настоящий цвет которых она скрывала под линзами. Миниатюрная ещё в человеческой жизни, теперь Мэган казалась совсем крошечной, но никто не сомневался – в клане Маркула слабым было не место. Многие знали, что она обладала невероятной способностью видеть слабые места противника и без жалости ударять в самый их центр, будь то болезненные воспоминания или физическая слабость. Для вампирского ангела это не имело никакого значения. Глава клана Дженис не просто так выбрала именно её в качестве своего посланника, рассчитывая на нужный ей исход Совета. Вместе со своей «сестрой» Мэган представляла реальную силу, с которой другим вампирам приходилось считаться, часто против их воли.
Джина Маркула тоже была необычной вампиршей, пусть и не такой одарённой, как её соседка по почётному месту. Она смотрела прямо перед собой, производя впечатление статуи или восковой фигуры, слепленной с безупречного оригинала. Джина идеально дополняла свою непоседливую и любящую покрасоваться сестру бескрайним спокойствием и отсутствием интереса к окружающему миру. Невероятно голубые глаза вампирши бесцельно осматривали каждое лицо каждого вампира, словно могли проникнуть в самую душу. Спутанные каштановые волосы словно никогда не знали расчёски, но не мешали Джине оглядываться по сторонам. Бледная кожа и внешняя невинность придавали ей несерьёзный вид, который совсем не вязался с её образом жизни и роли в клане. Наделённая огромной физической силой, Джина считалась одним из опаснейших вампиров-карателей, убийц, посылаемых Дженис для уничтожения личных врагов Маркула. И многие в зале с тревогой косились на царственных сестёр, втайне надеясь, что не они окажутся следующими жертвами, указанными мстительной главой клана.
По левую руку от «венценосных» сестёр расположился клан Морганов, впервые за последние полгода прибывший на Совет в полном боевом составе.
Стефани Морган кивком головы поздоровалась со всеми и переключила внимание на Джину и Мэган, будто сканировала обеих вампирш глазами цвета расплавленного серебра. Она никогда не боялась показывать их настоящий оттенок и не носила линзы, как делали почти все собравшиеся на Совет вампиры. Её дети, однако, не разделяли слишком вызывающую позицию матери и вовсю болтали со знакомыми вампирами, хотя на Маркула, впрочем, предпочитали даже не коситься. Слишком многие из свободолюбивого семейства «ночных охотников», живших в городе, в своё время прилично нашкодили, поэтому никто из них не собирался навлекать на себя лишние неприятности.
Маленькая – по сравнению с Морганами – семья Кроссманов заняла места по правую руку от Маркула, что говорило об их приближённости к истинным хозяевам не только города, но и половины Соединённых Штатов и Канады в придачу. Симона, Питер, Моника и Илона спокойно и в меру приветливо поздоровались с остальными и занялись каждый своим делом, не упуская случая переброситься парой слов с более разговорчивой Мэган Маркула. Это граничило с безумием по мнению почти всех вампиров, но никто ничего не говорил. Для собственной безопасности и из уважения к Симоне, которая всегда хорошо относилась к другим «ночным охотникам». Кроме тех, кто покушался на её жизнь или жизни её детей и знакомых.
На Совете также присутствовали и вампиры-кочевники, появлявшиеся в городе только на пару дней, а потом исчезавшие на недели и месяцы, чтобы путешествовать по миру. Обычно ими становились те вампиры, которые чем-то не устроили могущественный клан Маркула, или же были поклонниками дикой природы. Ещё встречались неуживчивые типы с жуткими характерами, но их, к счастью, было мало, иначе конфликты вспыхивали бы с поразительной частотой.