— Валя партизанит? — посмеялся Панкратов, подставив кулак к губам.
— Почти.
— Или парень в черном?
Вероника вздрогнула. Брови сами взлетели вверх и создали две морщинки на лбу.
— Что? — она испуганно посмотрела на друга, будто бы взглядом умоляя его не продолжать.
— Ты че? Не смотрела «Люди в черном»? Ты просто не можешь вспомнить, кто цветы сломал, вот я и пошутил, что тебе парень в черном стер память об этом.
В кухне вновь повисла тишина. Ника не понимала, какую эмоцию ей нужно было теперь испытать после таких потрясений. Она совершенно точно не хотела, чтобы Панкратов знал об Александре. Быть может, он все-таки еще нравился ей самую малость, а новость о каком-то внезапно появившемся друге-красавце отдалила бы Данила от девочки еще сильнее. С ним вообще все всегда было запутанно, когда дело касалось чувств. Веронику одновременно могло с невероятной силой тянуть к этому неоднозначному человеку, но в то же время могло и воротить, как от кислого молока.
— Я ненавижу объяснять шутки. — напомнил он, глядя в ее кирпичного вида лицо. Поняв, что Макарова никак не отреагирует, он притянулся к ней и понюхал в районе плеч.
— Что ты делаешь? — Ника искривила брови в недоумении, машинально чуть отклонившись назад от него. Буквально только что она было решила, что Данил снова в норме, так он по новой начал вести себя, как идиот.
— Пахнешь как-то по-другому. Резко так. Вкусно…
Данил не торопился отойти от подруги, продолжая вдыхать ее запах в районе шеи и лица.
— Чем это?.. — не найдя, что ответить, спросила Ника, все больше и больше отклоняясь назад.
— Как будто лавандой и… ванилью? — он наконец выпрямился, оставив ее в покое.
— Ну да, у нас вообще-то средство для посуды с запахом лаванды. — девочка пожала плечами и вернулась к вытиранию мокрой посуды, окончательно избавившись от какого-либо страха за то, что Данил что-то знает.
***
На следующий день Вероника не проспала начало репетиции и явилась туда вместе с Валентиной даже раньше, чем то было нужно.
— Что-то вы рано, — увидев девочек, заметила А.А. и прошла дальше по коридору ДК, попутно копаясь в синенькой папке с бумагами. Сегодня прохлада этих стен была далеко не на руку — на улице откуда не возьмись появились облака, туман, и внезапно исчезло все летнее тепло.
— Да уж… Все ради спектакля! — не придумав ничего лучше, улыбнулась Ника.
— Представляешь, мне сегодня такой сон приснился странный, — Валя взяла одноразовый стаканчик с кофе, приготовленный в стареньком автомате, когда Алина Андреевна скрылась из виду. — Я видела какой-то… зал… Там было много сидячих мест, а под ними плыл такой жидкий туман, прямо как молоко. — она пожала плечами. — На самом верху было круглое окно, а в нем полностью расположилась Луна, которая освещала весь зал, как будто вместо окно там и висела Луна. О, а еще там был алтарь, облитый черной кровью…
— Очень похоже на церковь. — почему-то сказала Ника, хотя никогда не была в церквях — только видела их в фильмах.
— Точно! У нас же на старом кладбище стоит погостная церковь. Ника, ты — гений!
— Нет-нет, только не говори мне, что мы пойдем туда! Мы же не пойдем?.. — понимая, чем это грозит, осведомилась девочка, зачем-то оглядевшись на длинный пустой коридор ДК.
— Ну конечно мы туда пойдем. — губы Калистратовой растянулись в довольной улыбке.
— Но за…
— Куда это вы уже собрались? — из-за угла неожиданно выплыла Яна и стала медленно приближаться к девочкам, громко цокая каблуками, эхо от которых разносилось во все уголки вычурного здания из камня. — Макарова, где ты вчера весь день была? — зло спросила она, не сводя взгляда своих ядовито-зеленых глаз с девочки.
— В другом городе. — просто ответила та, тряхнув кудрями.
— А репетиция? — теперь Яна снова сменила милость на гнев, хотя в последний раз она была излишне вежлива и угодлива.
— От одного дня ничего не станет.
— Значит, сегодня репетируем в два раза дольше. — Яна прошла мимо девочек, которых будто бы обдало ледяной волной.
— Ты чувствуешь? — шепотом спросила Валя, когда сестра скрылась за углом коридора.