— Но что, если он и правда опасен? Лукас сказал, что он опасней каждого из Древних вампиров, кем бы они ни были… — блондин поежился.
— Говорю же, соврать может каждый. Самый близкий может оказаться врагом. Ты этого не понял еще? Не спорь со мной! Ключ от наручников висит на ремешке Нефертити. Когда она снимала его, я заметила связку. Возьми ее и попробуй подобрать верный. — шептала девочка.
— Ладно, — Юра кивнул в темноту и неуверенно поднялся с бетона.
— Юра, стой, — остановила его та, — в ночь полнолуния Данил вместе с Никой будут в церкви старого кладбища в лесу. Вам нужно будет сделать все до того, как полная луна полностью закроет собою круглое окошко у самого потолка. Когда свет полной луны озарит Арахну, ее книгу и зачарованного через это стекло, ничего нельзя будет изменить. Это я услышала из разговора Данила с одним из Древних. Все, иди. За меня не волнуйся — и не в таких передрягах бывала. — Валя улыбнулась ему. Теперь она отчетливо различала его лицо в темноте.
— Хорошо, — он снова кивнул, после чего обратил внимание на стол. Там и правда лежала связка ключей. Их было всего пять. Для начала Савицкий решил попробовать самый маленький. Это было бы логично. Взяв ключ, мальчик приблизился к заключенному и вставил ключ в наручники. Тот, конечно же, подошел сразу. Остальные ключи просто-напросто были намного больше самих наручников.
— Ты уверен? — когда Юрик отстегивал наручники от трубы, вдруг спросил Александр. — Если они поймают тебя за этим, то и вас двоих запрут здесь.
— Уверен. Мы уверены потому, что в тебе была уверена Вероника. — расстегнув наручники, в духе Вали сказал тот и принялся развязывать веревку, которой был замотан мешок на шее вампира. — Ты что, и правда врал ей, просто чтобы заполучить книгу?
— На момент нашего знакомства с ней я не знал, что она живет в том самом доме.
— Но ты знал с того самого момента, что она Арахна. — Юра стянул мешок с головы вампира. Ядовито-желтые глаза уже смотрели прямо на парня, отчего ему тут же стало не по себе. Однако парень не отвел взгляда своих бело-голубых глаз. Ко всему прочему, лицо вампира сильно изменилось с момента их последней встречи. Если раньше на нем была белоснежная и упругая кожа, то сейчас скулы стали еще глубже, а под глазами появились огромные черные пятна. В таком виде он больше напоминал скелета, обтянутого сероватой кожей, (а именно такой она была сейчас) нежели харизматичного вампира.
— Тогда да. Но у меня нет какой-либо корыстной цели, а тем более в отношении твоей подруги. То, что я хочу сделать, исключительно повлияет лишь на меня. В чем-то наши желания с Данилом схожи. Они изменят только наше существо, не более. Правда, они абсолютно противоположны… Вот этот ключ от двери, — указав искалеченной рукой на самый большой ключ, прошептал вампир. — А ее мы здесь оставим? — вспомнив о Вале, спросил тот.
— Она сама так сказала. Слышал ведь все прекрасно. — Юрик пожал плечами.
Глава 16
Выбравшись наружу, оба почувствовали, как в нос сразу же ударил свежий воздух. После нескольких часов вдыхания омерзительного запаха гари, Юра не мог сразу привыкнуть к этой приятной свежести. Вытянув перед собой руку, вампир стал рассматривать раны. На удивление Юрика, те стали на глазах зарастать новой кожей при свете луны, однако на их месте все равно оставались глубокие неказистые рубцы.
— У всех вампиров так? — полюбопытствовал тот.
— У всех, кроме зеленоглазых. — Александр взглянул на парня, опустив руку. — У тех регенерация моментальная, шрамов не остается.
— Слушай, а кто такие эти Древние вампиры и чего им нужно?
— Самые старые среди вампиров. Нет, им не по тысяче лет. Самому старому всего лишь пятьсот семьдесят три года. Остальным едва ли за сотню перевалило. Ярону наскучило за его длинную жизнь скрываться в тени и бояться охотников. Узнав о книге Арахны, он захотел воспользоваться ею для того, чтобы почти все люди стали вампирами, а он стал их повелителем, как самый старший из всех. Многих он хочет оставить в качестве еды, чтобы размножат как скот. Возможно, у него уже появился иной план… — вампир замялся. — Книга Арахны ведь все может. Главное ей заплатить. А вот цену она назначает сама.