— О, черт… — чуть слышно прошептал Савицкий, после чего закрыл рот рукой.
— Это конец… — Лукас был в полнейшем недоумении, в отличие от своей сестры. Та с какой-то довольной улыбкой смотрела на всю эту картину и даже не обращала внимания на столь бурную реакцию брата.
Заметив, как приспешники Ярона задвигались в сторону алтаря, охотница, словно телепортировавшись, оказалась перед ними и, вонзив в шею одного из них вол, перекрутилась в воздухе и вонзила второй в живот другого. Раненные вампиры отступили, вернувшись к все еще лежащему у стены властелина.
Луна, что еще не до конца вошла в окно, стала ужасно меняться на глазах. Из бледного шара она превращалась в фиолетовый круг с печатью Арахны в нем. С каждой секундой свет луны становился все более фиолетовым и ярким. Звезды в раз исчезли с неба, а само оно стало неприятно-зеленого цвета, точно старая болотная тина. Спустя пару глотков крови Арахны вампиром, луна полностью вошла в круглое окошко над головами собравшихся. Едва ее неестественно-фиолетовый свет попал на Александра и Веронику, от зачарованного стало исходить необычное, но тоже фиолетовое свечение, а свет рисунка на полу вокруг них стал стремительно терять свою силу. Луна и небо также стали приходить в первозданное состояние.
Через пару секунд все и вовсе исчезло: погасла печать Арахны, исчезла бездна в руках девочки, луна осветила церковь белым светом, а на темном полотне неба ярко заблистали звезды. Кудри девочки упали согласно гравитации и она вскрикнула от жгучей боли. Услышав это, Александр невольно сделал еще два глотка, и, как ошпаренный, отстранился от Ники, без сил опустившись на холодный пыльный пол возле алтаря. Вампир жадно смотрел на девочку, но не мог позволить себе убить ее, хотя какая-то животная часть в нем жаждала этого больше всего.
Едва он отпустил Нику, ее карие глаза сомкнулись, хрупкая фигура пошатнулась и уже собиралась было тяжело упасть на пол, как вдруг с другого конца зала прибежал блондин, попутно что-то громко выкрикивая, и перехватил тело. Александр уже ничего не мог расслышать, а вскоре и увидеть. Жгучая боль и наслаждение слились воедино в нем одном, заставляя сознание покинуть вампира. Оставалась лишь равнодушная, холодная тишина, сокрытая во тьме.
***
Прохладный и слегка влажный воздух голубого цвета приятно обволакивал легкие изнутри. Боль неприятным жжением разносилась по всему ослабшему тельцу. Казалось, что от шеи она достигает кончиков пальцев, а потом, возвратившись назад, повторяет свой путь.
С трудом приподняв тяжелые веки, девочка почувствовала, как глаза невольно наполнились слезами. Нет, далеко не боль была причиной.
— Да…нил… — одними губами прошептала Вероника, все еще ничего не видя вокруг из-за слез в глазах.
— Она проснулась! — различила девочка чей-то звонкий, смутно знакомый голос, что раздался совсем близко. После того, как набралось достаточно слез, они медленно, по очереди, скатились по розовым щекам, оставляя за собою мокрые следы.
— Ника! — радостно выкрикнула брюнетка с замотанной шеей, взявшаяся из ниоткуда буквально перед лицом.
— Ты как? — свесился над нею взволнованный Юрик с растрепанной светлой головой и чумазым, глуповатым лицом.
— Валя?.. А где Данил? А другие… — так же шептала Ника, тщетно пытаясь приподняться на локтях.
Оказав помощь в этом и усадив ее на диване, Юра и Валя тут же заключили ее в своих крепких объятиях.
— Ты что-нибудь помнишь? — спросила охотница, которая сидела за кухонным столом, напротив них всех.
— Нет, а что… произошло? — увидев, что лежит на кухонном диванчике в непонятном платье в пол, спросила она. — Помню, как Данил ударил меня по голове… на этом все.
— Он стал вампиром, тебя чуть не убили, Александр использовал книгу Арахны и выпил твоей крови. — просто сказала Нефертити, крутя в смуглых руках деревянный колышек.
— Что?.. — не поверила своим ушам Вероника, услышав все то, чего все старались не допустить. — Так он не предатель… Я знала, — тихо сказала она и едва ли улыбнулась уголком рта. — А где Данил? Где Александр? Как он использовал книгу?.. Зачем он… — она потянулась рукой к болящей шее.