— Кто это был? — уже добравшись до кухни, спросил Александр.
— Та самая Яна, которая пригласила нас поучаствовать в спектакле. По совместительству сестренка Вали. Двоюродная, кажется.
— От нее ведь вампиризмом несет. — нахмурился вампир.
— От нее несет дорогущими духами и неприязнью ко мне, да и, наверное, ко всем живущим. Погоди, что?
— Это ее вампиризм я чувствовал поблизости от тебя.
— Так-так, — Ника села за стол напротив Александра. — То есть она вроде как заколдована? Вроде как, вампиром?
— Получается так. — он кивнул. Из коридора послышались быстрые и ритмичные стуки во входную дверь.
— Кого там на ночь глядя опять принесло? — слегка разозлившись, Ника встала и пошла открывать ночному визитеру. — Яна? — спустя несколько секунд после ухода девочки послышался удивленный и немного раздраженный вопрос Ники.
— Пожалуйста, — блондинка схватила Веронику за плечи и стала смотреть ей прямо в глаза. Ощущение было довольно необычным. Не каждый день видишь перед собой вблизи такие ядовитые зеленые глаза. — Не бросайте спектакль. Я больше ни слова не скажу плохого, просто… он должен получиться красивым, идеальным. Я просто пытаюсь помочь Алине Андреевне, вот и все. — сказав это, Яна сама на себя стала не похожа. Это ли та самая змея, которая чуть ли не выгнала девочку с ДК? Или же это та Яна, о которой раньше Нике только рассказывала Валя?
— Ну, я подумаю. — Ника попыталась закрыть дверь, но Яна схватила ее рукой и стала держать. Эта сила была довольно необычной для простой худенькой девушки вроде Яны.
— Ты должна прийти. — не то что бы это прозвучало страшно, но даже Александр с кухни уловил нотки угрозы в этой фразе при том, что не видел выражения ее лица. А это стоило видеть.
— Приду я, приду. Спокойной ночи, Яна. — наконец Веронике удалось закрыть дверь. От раздражения она даже не придала значения ни угрозе от Яны, ни ее выражению лица, от которого могло бросить в дрожь. — Вот же достала!.. — выругалась она, заворачивая в кухню.
— Я думаю, что тебе не нужно ходить туда. — вампир недоверчиво посмотрел в окно, где еще можно было увидеть белобрысую шевелюру уходящей в темноту Яны. — Ты ведь помнишь, что тебе говорили в записке?
— Не увлекаться, — Ника тряхнула кудрями. — Неужто про спектакль?
— Уж то или нет, но это ведь и есть увлечение. Мне кажется, другим ты сейчас и не увлекаешься. — вампир прищурился и внимательно посмотрел на лицо девочки.
— Так, только не надо мысли мои читать! — она отвернулась, дабы не допустить этого.
— Я и не умею. — он едва слышно хихикнул.
— Что ты сделал? — она развернулась. — Ты что, посмеялся?
— Нет. — с каменным лицом, как и обычно, ответил он.
— Ну точно — посмеялся!
— Да нет же! — от возмущения он невольно сдвинул брови, но позже добавил: — Постой, а когда уже само выступление?
— Завтра вечером. Часов в девять начало, а мой выход уже к десяти ближе. А ты что, хочешь прийти?
— Думаю, да. Перестраховаться не помешает… — он задумчиво потер подбородок.
— Перестраховаться от чего?
— Да это я так, мысли вслух. Просто хочу посмотреть на бал. — отмахнулся вампир. Не было никаких сомнений, что он врет. — Мне, наверное, пора. Завтра по темноте я приду в ДК. — Александр встал со стула и направился к выходу. На этот раз он покинул жилище по-человечески, как бы противоречиво это не звучало.
Этой ночью девочка не могла заснуть. Нет, Данил не орал непонятные иноязычные фразы за стеной. Какое-то неясное предчувствие не давало ей уснуть, заставляя постоянно быть начеку. Сама же Ника объясняла это себе тем, что дело в записке, которую ей передала бабушка от таинственного отправителя. Не каждый после такого сможет уснуть. Вот и Ника не смогла. Полежав так и поглядев в потолок еще минут пять, она встала, врубила настольную лампу и села за стол. Однако несмотря на то, что вокруг происходило много всего мистического и это, кажется, самое идеальное время для того, чтобы писать свои страшилки, в голову девочки ничего не шло. Зато из нее не могла выйти та записка в совокупности со странностями Данила и скрытностью Александра. Все это давило на Веронику, не давая ей думать о чем-то другом. Это хорошо, что сейчас летние каникулы и нет учебы. Вот если бы это было учебное время, она бы уже наполучала миллионы двоек за невыполненные домашние задания. Но учителям ведь так просто не объяснишь, что ты встретила вампира, нашла книгу Арахны, а твой друг сошел с ума и тебе просто не до учебников и тетрадок.
Рассуждения Ники были прерваны внезапным стуком в окно. Пока она не повернула голову, до последнего была уверена, что это снова Данил с ума сходит, но это был Александр. Интересно, все мальчики со странностями любят использовать окна в качестве дверей?
— Привет. — открыв окно, сказала Ника. Взгляд у нее по-прежнему был недоумевающий. — Проходи. — как и всегда, она пригласила его. Внезапно она поймала себя на мысли, что эта сцена напоминает ей ту ночь, когда пришлось также отпирать окно Данилу.
— Я увидел, что в твоем окне горит свет и решил, что тебе не спится. — закинув ноги на подоконник, вампир облокотился на его стенку спиной. Создавалось впечатление, что он расположился на удобной софе, а не на подоконнике второго этажа.
— Верно решил, — вздохнула девочка и облокотилась локтями на подоконник, подперев щеки ладонями.
— Что это? — увидев на столе толстую тетрадь и ручку, освещаемые желтым светом настольной лампы, спросил Александр.
— Это мои страшилки. — буднично ответила Ника.
— Ты писатель? — вампир изменился в лице. Оно было таким же, каким было в день их первого знакомства. Тогда она сильно удивила его своими внезапными предложениями.
— Да, наверное. Если можно так сказать. — девочка пожала плечами.
— А я могу глянуть? — заинтересованно спросил вампир.
— Если ты разберешься в моем врачебном почерке, то да. — Ника подала ему черновую тетрадь с набросками рассказа. — Но лучше не читай то, что перечеркнуто.
— Лето с вампиром, значит. — Александр улыбнулся, увидев название черновика. Веронике показалось, что его глаза сверкнули желтизной. — Чернила свежие. Недавно начала. Решила на собственном опыте описать, как это?
— А как же? Я почти все страшилки так пишу. Я ведь говорила, что много какой нечисти повидала. Я, вроде как, и сама нечисть.
— Отчасти да. — вампир кивнул. — У тебя… — после длинной паузы, во время которой он читал, вдруг заговорил парень. — Очень живо получаются персонажи. Я не знаю, как это сказать правильно, но они прямо какие-то теплые, живые… Я видел много книг, где герои просто выполняли то, что хочет автор, но твои прямо-таки живут и светятся. Как… солнце.
— Значит, я писатель? — Ника улыбнулась уголком рта.
— Определенно. Мне кажется, ты заслуживаешь этого звания больше, чем некоторые известные авторы, ведь… писатель это тот, кто смог передать жизнь словами, а не просто придумал, написал и выпустил. — закрыв тетрадь Ники, вампир положил ее рядом с собой на подоконник и поднял голову к небу, на котором висела пока еще неполная луна.
— Я тоже так думаю. — Ника улыбнулась и прикрыла глаза.
— Ты засыпаешь, — тихо сказал вампир, увидев это спустя какое-то время. Однако Ника ему не ответила. Конечно, она не уснула стоя, но, видимо, была настолько близка к этому, что уже не в силах была ответить что-либо. Возможно, она даже не услышала его.
Спустившись с подоконника, Александр галантно взял полуспящую девочку под руку и подвел к кровати. Укрыв ее каким-то пледом, лежавшим на небольшом диване, он покинул комнату тем же путем, что и пришел. Конечно, закрыть окно с той стороны он не мог, но хотя бы захлопнул его так, чтобы оно было не нараспашку. Только наутро девочка удивилась тому, что совершенно не помнит, как оказалась в кровати.