— Нет. Если вампир хоть раз попробует ее кровь, то умрет. — отпив из своего стаканчика, сказал вампир.
— Но почему?
— Я ведь говорил, что это дурманящий яд. Как говорится, запретный плод сладок. В общем, если вампир выпьет кровь паучихи, то никакая другая больше не сможет насыщать его. От голода он просто умрет через какое-то время.
— Это жестоко. — Ника поморщилась.
— На то Арахна и жила в другом мире. Там, где не было вампиров и быть не могло. И всем было хорошо.
— А что произошло потом? Сейчас-то перед Арахной сидит всамделишный вампир.
— Ты не слышала эту легенду? — Александр удивленно изогнул бровь. — Не поверю.
— Придется поверить и рассказать. Давай, не томи. — отодвинув от себя пустой стакан, сказала Ника.
— Тогда слушай. — вздохнув, начал рассказ вампир. — Когда-то давно существовали всего-навсего два мира: Мир Жизни и Мир Смерти. Как и в любом мире, в каждом из этих был правитель. В Мире Жизни правила Арахна, а в Мире Смерти — Вековой Вампир. По своей природе это был обычный вампир, но рожден он был под знаком Синего Дракона, под каким рождается лишь Вековой вампир. Арахна же рождается под знаком Фиолетового Паука. Довольно символично. Всего знаков пять: Фиолетовый Паук, Синий Дракон, Белый Ворон, Красный Ящер и Черный Зодиак. Под последним рождаются все обычные люди. Недаром они разделили год на двенадцать знаков Черного Зодиака. Особенные люди рождаются, соответственно, под каким-то другим. Ты тоже родилась под знаком Фиолетового Паука. В общем, существовала единая заповедь: Вековой Вампир и Арахна не могли любить друг друга. Никто не знал, откуда взялась эта заповедь, но никто не собирался ее нарушать или проверять на достоверность. Однако однажды, тридцать первого октября, Арахна, сама того не осознавая, пересекла границу, тем самым нарушив ее в этом месте. Именно поэтому в хэллоуин, тридцать первого октября, граница между Миром Живых и Миром Мертвых истончается настолько, что некоторая нечисть способна проникнуть в этот мир. Граница между мирами — это место, которое сменяет само себя по прошествии времени. Например, если бы Арахна пересекла границу пятого сентября, то каждое пятое сентября граница становилась бы тоньше, потому что с каждым днем мы в новом месте границы, то есть мы как бы движемся относительно нее. В общем, на той стороне границы Арахна повстречала своего врага — Векового Вампира. Однако это не помешало им полюбить друг друга. Она хоть и манила его своим запахом, но во имя любви он смог сдерживать себя. Некоторые считают, что именно запах Арахны приворожил его, а любви никакой не было. Но это не столь важно. Как и полагается, через время у Арахны родился ребенок, которому дали имя Меридос. Странным было то, что у родителей были оранжевые и фиолетовые глаза, а у него ярко-ярко голубые. После его рождения Арахна решила вернуться в свой мир и, дождавшись тридцать первого октября, чтобы не нарушать границу в другом месте, она пересекла ее вместе с малышом. Однако, как известно, любой магический предмет или человек, кроме Арахны, при пересечении границы двух миров меняет свой облик. Так, Меридос обратился в ярко-ярко голубой кристалл с необычным свойством, о котором тогда горе-мать не знала. Горе ее было настолько велико, что она даже не думала о том, чтобы вернуть Меридоса на ту сторону границы, дабы он снова стал собой. Она просто умерла. Однако Меридос обладал особой силой из-за генов двух правителей противоположностей — создавать миры и новые формы жизни. Так появились люди, демоны, оборотни и тому подобные. Также из-за него появилось Зазеркалье, Преисподняя, Астрал и все в том же духе. И вот однажды, когда люди узнали силу своего Бога Меридоса, было решено разбить его и разбросать осколки по всему свету, лишь бы его не собрали воедино. Люди боялись его силы. Он создавал как хорошее, так и плохое. Так и закончилась история Арахны и Векового Вампира.
— Ого… — Вероника задумалась и замолчала, но вскоре добавила: — А Меридос существует?
— Скорее всего. Я слышал историю о том, как однажды Меридос был собран, что принесло немало бед. А еще я слышал о пророчестве. Там было сказано, что на нашем веку Меридос вернется в каком-то человеке. Там было много подробностей, но я не особо вникал. Однако история интересная, ты так не думаешь?
— Думаю, — Ника кивнула. Эту легенду она слышала впервые, а потому та произвела на нее колоссальное впечатление. — Но как…
— Что?
— Как камень может вернуться в человеке?
— Когда-то последний осколок камня смогли заключить в девушку через астрал. Это был самый маленький осколок. Астрал — это искаженная реальность. Точнее, части искаженной реальности, окутанные тьмой. А еще в астрале всего два цвета — красный и синий. Другого не дано. Найдя девушку в астрале, ее мать, которая была Арахной, смогла вживить ей в шею осколок, но в реальном мире его не было в ее шеи. Точнее, он был, но… это сложно объяснить. Это все равно, что если бы у твоего отражения была родинка на щеке, а у тебя нет. Но так как оно является твоим отражением, то, формально, родинка есть и у тебя, ведь среди вас двоих главная ты, а оно лишь твое отражение, отражение тебя, а не наоборот…
— Кажется, я поняла. — Ника прекратила мучения Александра, хоть и не поняла все настолько, насколько ей бы того хотелось.
Оставшееся время прошло довольно быстро. За разговором Ника даже не заметила, как съела все круассаны, и как они вдвоем покончили с литром кока-колы. Осознание того, что это была единственная ее еда до следующего визита вампира, повергло Нику в легкий шок. Есть захотелось уже через несколько часов после последнего круассана.
После дня проведенного в так называемом кафе, как только стемнело, Александр снова куда-то ушел, ничего не сказав. Виктор говорил, что это в порядке вещей и что даже он сам понятия не имеет, куда его вечно носит ночь. Как бы там ни было, к утру вампир снова вернулся, но без еды, объяснив это тем, что не смог дождаться открытия магазина. Однако, как только он вошел в комнату, появился Виктор и сказал, что пожаловала некая Камилла, отчего лица обоих изменились. Видимо, никто не был рад той Камилле, кем бы она не была. Но Александр все равно покинул комнату, по всей видимости, отправившись встречать таинственную гостью. Ника конечно хотела спросить его об этой Камилле, но вампиры покинули комнатку слишком быстро.
Часть 8
Перспектива иссыхать от голода до вечера не воодушевляла, а потому Ника решилась сама отправиться в магазинчик сверху за пропитанием для любимой себя.
— Виктор, я хочу есть. — усевшись на стул возле барной стойки, она демонстративно схватилась за живот и поморщилась.
— Ой… ничего нет. — посмотрев на пустые полки, виновато сказал вампир.
— Так давай я схожу в магазин над нами? Там ведь сейчас раннее утро? — будто ожидая такого ответа от Виктора, с энтузиазмом предложила она.
— Почти обед.
— Но как Александр тогда пришел?..
— Он пришел еще по темноте. Просто ты долго спишь.
— А как Камилла пришла? Или она не вампир? — Вероника совершенно запуталась.
— Вампир. Просто есть такие виды, которым не страшен солнечный свет, кресты и тому подобное. Они почти как люди. Но в магазин я тебя пустить не могу. Александр не велел выпускать тебя до полнолуния.
— Но так я с голода помру! — сделав жалобное выражение лица, сказала Ника.
Спустя несколько минут тяжелых уговоров, Виктор дал девочке купюру и сказал поторапливаться, пока Александр беседует со старой знакомой в другой комнате. Упрашивая Виктора отпустить ее, она невольно сравнила его со своим отцом, у которого она также куда-либо отпрашивалась. Правда, этот «отец» оказался куда снисходительнее настоящего.
Снаружи во всю светило солнце. Оказавшись на улице после долгого нахождения в подвале, Ника чуть было не потеряла зрение, но все обошлось как нельзя лучше. Как бы прекрасно не было это уединенное, темное местечко, а лучше солнца ничего нет. Ника вдруг поймала себя на мысли, что ей до жути приятно просто видеть живых людей с нормальным цветом кожи, а не с алебастрово-белой, точно известка на только что выбеленных стенах. К тому же, человеку просто необходим солнечный свет, а потому девочка не спешила и шла как можно медленнее, пользуясь случаем.