— Располагайтесь, как в собственном доме! — сыпал любезностями Маттян, пока его подруга подливала мне саке. Мы болтали про всякие пустяки и, можно сказать, неплохо проводили время, как вдруг из прихожей раздался мелодичный женский голос:
— Привет! Есть здесь хоть одна живая душа? Голос показался мне знакомым, а сердце вдруг сжала тоска…
Подружка Маттяна быстренько вскочила и выбежала из комнаты, теперь из прихожей до нас доносилось сразу два женских голоса:
— Ой, привет, дорогуша! Что это ты купила?
— Осьминога! Ты только посмотри, какой громадный!
— Вот это да! Ну же, проходи в комнату…
Девушка вернулась в комнату — на руке у нее болталась корзинка с осьминогом, а следом за ней вошла еще одна молодая дама. Стоило мне увидать лицо гостьи, как я едва не лишился чувств! Она тоже замерла и побледнела как изваяние. Хотите верьте, хотите нет — но передо мной стояла та самая любовница судьи, молодая женщина, которую я мечтал отыскать и ради которой покинул отчий дом…
Мир не так уж велик — иногда он становится совсем крошечным! Я узнал, что Оёси — она продолжала пользоваться тем же именем — родная сестра подружки Маттяна.
Мы продолжили ужинать уже вчетвером. Оёси почти не изменилась с тех пор, как мы расстались, — и это поразило меня больше всего. А я изменился, причем изменился очень сильно. За три года, что минули стой поры, как я очертя голову бросился вдогонку за Оёси и оказался в Токио, я не просто стал другим человеком, я словно прожил несколько жизней! Наш роман в Утсономии теперь казался мне забытым сном. А она так и осталась любовницей судьи, просто переехала жить в Синагаву.
— Послушай, — предостерег девушку Маттян. — Эйдзи толковый парень, его ждет большее будущее в клане Дэвая, а у тебя уже есть состоятельный любовник — господин судья, для тебя же будет лучше не затевать шашни с этим парнем! — Он иронично улыбался, делал вид, что подшучивает над нами. Но я сразу заметил, как серьезно он встревожен, зато Оёси была сама невинность!
— Эйдзи давно нашел себе новую девушку для ухаживаний, — отшучивалась она, но при этом вовсю строила мне глазки. — Он давно забыл, как я умею нравиться мужчинам…
Надо признать, она осталась все такой же манящей и эротичной, мое сердце обмирало и обрывалось куда-то в пятки…
И мы снова стали встречаться, но только изредка, успели встретиться не больше трех раз, как я угодил в полицейскую облаву и оказался за решеткой. А когда я освободился из тюрьмы, то снова ощутил себя другим человеком! За время отсидки я перестал быть наивным юнцом и превратился в матерого якудзу, так что никогда больше не искал встреч с Оёси…
9. За гранью закона
Итак, впервые мне довелось стать гостем правительства и пожить за казенный счет, когда мне было всего-то девятнадцать годочков. На дворе стояла поздняя осень, и один из старейших членов клана Дэвая, господин Окада, собрал человек тридцать в тайном игорном притоне на задворках Международного театра. Игра шла как обычно, и тут в зал внезапно ворвалась целая толпа полицейских. Они налетели со всех сторон и орали, чтобы нагнать на нас страху:
— Не двигаться! Всем оставаться на местах! — Полицейские вопили так громко, что кругом ветер поднимался. В таких ситуациях не принято оказывать сопротивление, все участники игры должны оставаться на местах и сидеть тихо — это непреложное правило, и оно строго соблюдается. По большому счету, это самое разумное, что можно сделать во время полицейской облавы. Конечно, никто не возбраняет поглядывать по сторонам и, если подвернется такая возможность, потихоньку улизнуть. Но если подходящий случай не представится сам собой, надо смириться и безропотно позволить себя арестовать.
Но тогда я впервые попал в полицейскую облаву и по неопытности решил, что надо бороться до самого конца. С потолка свешивалась электрическая лампа на длинном шнуре, и, когда я глянул на эту лампу, у меня родилась отличная идея! Я вскочил, нанес по лампочке резкий и мощный удар — захрустело стекло, сверкнула вспышка, фонтаном рассыпались искры, и комната погрузилась в кромешный мрак. Эффект был такой, словно я всполошил осиное гнездо! В потемках все, кто хотел, разбежались в разные стороны. Конечно, полицейские тут же зажгли свои карманные фонарики, но толку от этого было мало, и задержали они всего лишь шесть-семь обыкновенных клиентов…
На следующий день детектив из местного полицейского участка пришел к нам в головную контору и обратился к нашему боссу Дэвая: