— Вы считаете меня убийцей? — голос сорвался на последнем слове.
— Мы рассматриваем все возможные версии, — ответил Эриксен дипломатично. — Но факты говорят сами за себя. Четыре человека мертвы, а пятый найден в коме рядом с последней жертвой, покрытый ее кровью.
— Но у меня амнезия! Я ничего не помню!
— Амнезия может быть как результатом травмы, так и психологической защитной реакцией, — заметил Хансен. — Сознание блокирует воспоминания о травматических событиях. Особенно если человек сам стал их причиной.
Михаил закрыл глаза, пытаясь вспомнить хоть что-то из той ночи. Но в памяти по-прежнему были белые пятна. Только одна картина возникала перед глазами — они сидели у костра возле церкви, обсуждали планы на следующий день. Хельга смеялась над какой-то шуткой Анны. Все были живы, здоровы, полны энтузиазма.
— Я любил их, — прошептал он. — Хельгу… мы собирались… у нас были планы…
— Любовь иногда превращается в ненависть, — сказал Эриксен. — Особенно когда в дело вмешиваются ревность, предательство, разочарование.
— О чем вы говорите?
Инспектор достал еще один документ — распечатку электронного письма.
— Это письмо Хельги Андерсен своей подруге в Бергене, отправленное за день до трагедии. — Он начал читать: — "Боюсь, что совершила ошибку, согласившись на эту экспедицию. Михаил стал каким-то странным, одержимым. Вчера он накричал на Томаса из-за какой-то ерунды, а сегодня весь день дулся и что-то бормотал себе под нос. Мне кажется, он ревнует меня к Эрику — мы с ним обсуждали рунические надписи, и Михаил решил, что между нами что-то есть. Полная чушь, но попробуй объясни это мужчине, который видит соперников везде".
Каждое слово било как удар. Михаил вспомнил, что в последние дни экспедиции атмосфера была напряженной, но не думал, что настолько. И уж точно не помнил, чтобы кричал на Томаса или ревновал Хельгу.
— Это… это неправда, — сказал он слабо. — Я не такой. Я никогда не был ревнивцем.
— Люди меняются под воздействием стресса, — заметил Эриксен. — А экспедиция была важной для вашей карьеры, не так ли? Вы два года готовились, добивались финансирования. И вдруг что-то идет не так, коллеги начинают конфликтовать, ваша девушка отдаляется…
— Хватит! — Михаил резко сел на кровати. — Я не убивал их! Не мог убить!
— Тогда объясните нам, — Эриксен наклонился вперед, — как ваша ДНК оказалась под ногтями всех четырех жертв? Как их кровь попала на вашу одежду? Почему вы единственный выжили?
— Я не знаю! — Михаил схватился за голову. — Господи, я же говорю — не помню ничего!
— А что вы помните? — вмешался Хансен. — Последнее четкое воспоминание?
Михаил напрягся, пытаясь проникнуть сквозь туман в голове.
— Мы сидели у костра. Было около девяти вечера. Обсуждали, как завтра будем исследовать подземелье церкви. Анна шутила, что в такой мрачной атмосфере даже атеисты начинают верить в призраков. Все смеялись…
— А дальше?
— Дальше ничего. Пустота. Следующее воспоминание — я просыпаюсь здесь, в больнице.
Эриксен и Хансен переглянулись. В их взгляде Михаил прочел профессиональный скептицизм.
— Они не были убиты! — Михаил повысил голос. — Профессор Ковалев говорил, что они отравились грибами!
— Профессор Ковалев говорил то, что знал на момент вашего пробуждения, — холодно ответил Эриксен. — Но за пол года, что вы были в коме, мы провели более детальное расследование.
Инспектор достал еще одну папку.
— Анна Белова. Предварительная причина смерти — остановка сердца, но не при отравлении. Медики говорят, что из-за пережитого ужаса. Следы на теле говорят о том, что перед смертью она пыталась убежать. Сломан ноготь на указательном пальце, ссадины на коленях, как будто упала, спасаясь от преследования.
Михаил слушал, чувствуя, как внутри все холодеет.
— Томас Вейн утонул в озере. Но вода в легких — не озерная. Это вода из ручья, который протекает рядом с церковью. То есть он утонул в другом месте, а тело перенесли к озеру.
— Эрик Ларсен получил травму головы от удара о каменный пол церкви. Но характер травмы говорит о том, что удар был нанесен намеренно. Кто-то ударил его головой о камень.
— И, наконец, Хельга Андерсен. — Голос Эриксена стал жестче. — Официальная причина смерти — удушение. На шее обнаружена странгуляционная борозда с необычными синяками — будто её душили верёвкой с узлами. А на телах всех жертв — порезы. Экспертиза показала, что они были нанесены уже после смерти.
Михаил смотрел на фотографии, и в голове медленно складывалась чудовищная картина. Не отравление грибами. Не несчастный случай. Убийства. Четыре преднамеренных убийства.