Дурные разговоры о покойном и раскрытие его тайных грехов. «С упокоением умершего упокой и память о нем» (Сир. 38, 23). Умершие в духовном отношении остаются для нас такими же ближними, как и живые. Они только отсутствуют плотью, словно отлучились от нас на длительное время. Но честь отсутствующих тоже следует охранять; клевета, например, всегда остается греховным поступком вне зависимости от того, в лицо или заочно она говорится. Точно также происходит и относительно чести уже умерших людей. Вина клеветника еще увеличивается и тем, что мертвец не может ответить и на него можно безответно навести любую напраслину. Открытие посторонним худой тайны из жизни покойного ничего не принесет окружающим, кроме соблазна, боли и обиды его родственникам. Христианин без крайней нужды не должен говорить ничего худого о тех, которые уже ушли из этой жизни. Разумно в этом случае придерживаться старинной русской пословицы: «Об умерших говорят доброе или не говорят ничего».
Ложная мнительность или подозрительность по отношению к другим. Напрасные подозрения на ближнего - это «клевета внутри нашего сердца». Часто на основании какой-либо ничтожной догадки составляется ложное, худое подозрение на ближнего. Например, решают, что человек гордый и высокомерный, потому что он не сразу ответил на вопрос или ответил кратко. Между тем, это могло произойти от того, что человек обдумывал какой-то серьезный вопрос и боялся потерять нить рассуждений при подробном ответе постороннему лицу. Или на основании того, что человек прилично одевается или занимает такое место или должность, при которой многие богатеют, делают заключение, что он богат, и часто говорят, что его богатство неправедно приобретенное. Часто по лицу иного заключают, что он пьяница, хотя последний и вовсе алкоголя не употребляет и тому подобное. Но чаще всего подозрения носят личный характер, по опасению вреда со стороны тех, на кого падает подозрение. Так, один думает, что его знакомый наговорил или нажаловался на него начальству, с которым он определенно имел свидание. Другой воображает, что за его спиной о нем говорят худое. Третий думает, что кто-то препятствует его честолюбивым целям. Подобная мнительность, особенно под старость лет, у некоторых доходит даже до болезни. Мнительные люди прежде всего наносят немалый вред самим себе. Они никому не доверяют, всех и каждого остерегаются без видимых на то причин. Они часто оскорбляют своих ближних непосредственно или тайно, не имеют той христианской люби к ближнему, которая «все покрывает, всему верит» (1 Кор. 13, 7). Для них, наконец, все люди плохие: воры, обманщики, неискренние, притворщики; они чернят в своей душе весь род человеческий. Пусть люди, действительно, изменчивы и многие совершенно не достойны доверия, но и сам мнительный не в числе ли тех, о которых сказано «всякий человек ложь» (Пс. 115,2). Неизменная верность возможна только в человеке, деятельно исповедывающем христианство. Поэтому лучше мнительному человеку стараться развивать в себе и других христианские убеждения не только словом, но и личным примером. Напрасные подозрения тем обиднее, чем они серьезнее или же абсурднее по отношению к подозреваемому. Мнительный часто во зло пользуется простотою ближнего. Тот говорит с ним откровенно, пусть иной раз и лишнее, а он из его речей выводит догадки, явно порочащие собеседника. Христианин должен всячески избегать мнительности, чтобы не нарушать собственного душевного мира и не оскорблять чести ближнего суетными подозрениями.
Предположение о тайной греховности благочестивого человека на основании происшедшего с ним несчастия. «Пересмотрите, есть ли неправда?» (с тем, чтобы не ошибиться, обличая) (Иов. 6,29), - так отвечал Иов друзьям своим, которые, не зная за ним никакого порока, объясняли его страдания тем, что он, видимо, грешил втайне. Они предполагали, например, что он грабил других; что его прежняя богобоязненность, возможно, лишь показная, ложная, что за свои тайные грехи он заслуживает еще больших страданий (Иов. 11,14). Поэтому советовали ему принести покаяние перед Богом. Между тем, как явствует из Священного Писания, Иов был абсолютно праведен, и испытания, которым он подвергся, еще более должны были укрепить и подчеркнуть эту праведность. Между тем суждения, подобные словам неразумных друзей праведного Иова, часто повторяются и ныне. Например, когда человек строго-благочестивой жизни бывает застигнут сильным несчастием или же попадает в полосу неудач, некоторые начинают сомневаться в искренности его благочестия, считать его чуть ли не лицемером, тайным грешником, человеком которого Господь справедливо наказывает за тяжкие грехи. Другие обвиняют его в самообольщении, советуют всмотреться в свою внутреннюю жизнь и поскорее покаяться пред Богом. Иные признают бесполезным его духовный подвиг, например, подаяние милостыней или проповедь Слова Божия, говорят, что и без этих подвигов он мог быть хорошим христианином и избежать нашедших несчастий. Почему же такой взгляд на страдающего праведника является ошибочным? Потому, что многие придерживаются ошибочного взгляда, что внешнее счастье или несчастье имеют естественную связь с делами человека, будто доброму непременно должно и житься счастливо, а злому горе и беда являются постоянными спутниками. Между тем в Новом Завете понятие о несчастиях и страданиях идет параллельно с понятием о Царстве Небесном: «Блаженны плачущие» (Мф.5, 4), «многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян. 14, 22). Господь заботится не о том, чтобы мы спокойно, сытно и безмятежно провели время земной нашей жизни, а о том, чтобы живя в теле, собрали в душе необходимые добродетели, избавились от страстей, прилепились бы к источнику вечной жизни - Богу - всем существом нашим. А для этого бывает необходимо потерпеть многие скорби, и болезни, и лишения. Многие несчастья в жизни христианина попускаются ему не как наказания за грехи, а для испытания веры, укрепления и возрастания в добродетелях. По учению Слова Божия: «Господь кого любит, того и наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает» (Евр. 12, 6). Те, которые достигли святости, настолько усвоили дух этого учения, что даже радовались, когда приходилось потерпеть и пострадать за заповедь Христову (Иак. 1, 2). Поскольку со стороны милосердия и правосудия Божия нельзя ожидать, чтобы праведные и святые люди без причины были караемы тяжкими страданиями, то говорить об этих людях: «Бог карает их за тайные грехи» - значит прилагать свою несправедливость к правде Божией и, так сказать, «льстить Богу» своей несправедливостью. При этом наносится тяжкая обида ближнему, образно говоря, насилуется его совесть, приписываются ему тайные (и часто смертные) грехи, не оказывается ему должного утешения и сострадания.
Смущение и уныние в виду услышанной клеветы. «Хулят нас, мы молим» (1 Кор. 4,13). Практически никому в этом мире не удается избежать клеветы и пустых наветов. Можно сказать, что одним из признаков падшести человеческого естества является любовь к осуждению своего ближнего. Когда же в осуждаемом нет явных недостатков или о них неизвестно, тогда некоторые прибегают к вымыслам, прибавляют к реальной действительности какую-нибудь ложь или прямо искажают известные факты. Так, например, Господь говорил о разорении храма тела своего, а клеветники отнесли эту речь к разорению иерусалимского храма (Мф. 26, 61). Часто вражду к человеку вызывает не его поведение, а простая зависть к его талантам, благочестивому образу жизни, состоянию, благополучию в семейной жизни и тому подобное. Часто недовольны его взглядами, моральной твердостью, непримиримостью ко греху. Христианин в любой ситуации не должен отвечать за клевету клеветой, за вражду враждой. Он также не должен особенно беспокоиться или падать духом, когда слышит о себе ложные слухи или даже прямую клевету. Если клевета и вражда против него не беспокоят его совести, если ему не в чем себя упрекнуть, то и не стоит обращать на внешнюю ложь никакого внимания. Конечно, можно начать усиленно оправдываться против клеветы и различных наветов. Но усиленное оправдание иной раз еще более унижает и вызывает еще большие подозрения. На самом деле, гнусная клевета не стоит даже оправдания, особенно если никто его с нас не требует. Они лучше всего обличаются спокойным величием духа и молчанием (Мф. 27, 14). При этом они, как и не прошенная вражда, чаще всего не мешают нам продолжать полезный труд и строгую жизнь. Клеветники и враги всегда останутся позади нас, а мы с Божией помощью пойдем по той дороге, которая должна нас привести к вечной жизни (Мф. 7,13). Истина в истине и добродетель в добродетели тем-то и познаются, что на своем пути встречают клевету и вражду, это их участь (Ин. 15, 19-21) и вместе с тем этим и достигается венец. И нечего надеяться христианину, хотя бы он сам и с «ненавидящими мир… (был) мирен» (Пс. 119,6-7), на мир и любовь к себе со стороны тех, кто забыли Бога. Одна христианская любовь к Господу и терпение помогут пережить все несогласия и вражду со стороны людей. Но грешный мир до той поры не будет знать и любить благочестивого человека, пока не устремится к познанию Самого Бога (1 Ин. 3, 1). Кроме того, клеветники и враги нередко бывают для нас вместо бича или кары попускаемой от Самого Господа. Бог знает, через кого и как нас смирить и наказать. Зло, движимое на нас, напоминает нам о нашей виновности в прошлых поступках, приводя в испуг, предостерегает от тех самых преступных дел, в совершении которых нас напрасно обвиняют. Часто клевета духовно встряхивает нас и отводит от тех пороков, в которые мы готовы уже были пасть. Вспомним, что и Сам Господь Иисус Христос многократно был оклеветан; святые также подвергались самым невероятным поношениям и клевете. Поэтому христианин никогда не должен смущаться, если столкнется с человеческой клеветой или ничем необоснованной враждой. Не то плохо, когда на нас воздвигается ложь и клевета, а то плохо, если мы их обращаем на кого-то; и не то порок, если против нас враждуют, а то грех, если мы сами враждуем против других.