— У нас трое маленьких детей, — говорю я и в ту же секунду жалею о своих словах. — Мы не можем разделить опеку.
У Стью на глаза наворачиваются слезы и дрожащими губами он произносит:
— Но она ведь никогда не говорила, что больше не любит тебя? А?
Дерьмо! Я невольно вздрагиваю, мне так хочется ударить его по лицу, но сдерживаюсь, почувствовав его боль.
— Да ладно, дружище! Это не так.
— Ты можешь вернуть ее в любую минуту, — Злоба в его голосе исчезает, оставив только абсолютную безнадегу. — Держу пари, ты тоже не знаешь, почему она тебя бросила.
Я тяжело вздыхаю. Этот разговор определенно затянулся дольше некуда. Похлопав Стью по плечу, бросаю: — Поговорим позже.
Затем подхватываю портфель и направляюсь к двери. Проходя по дорожке, я замечаю, что внутренний дворик пуст. Пейдж и ее клиентка уже ушли.
Слова Стью звучат в моей голове, как заезженная пластинка. Они прожигают изнутри, и я уже признал, что хочу вернуть Пейдж. Давно миновала стадия раздражения, когда я пытался убедить себя, что, если я ей не нужен, то она мне и подавно.
Но, по крайней мере, в одном Стью сильно ошибается. Я знаю почему она ушла от меня.
Я совершал ошибки.
И, очевидно, их нельзя было простить.
***
Шесть лет назад
Пока не началась вечеринка мы вышли на залитую солнцем и благоухающим воздухом террасу позади дома Хаммера. Хотя вряд ли это можно было назвать просто домом, скорее особняком. Почти все сотрудники фирмы собрались здесь, на огромном заднем дворе с пальмами, лужайками, беседками и роскошной мебелью, вокруг большого бассейна с водопадом, словно высеченным из скалы.
Без сомнения старый ублюдок преследовал скрытые мотивы, решив устроить вечеринку в честь своего шестидесятилетия в собственном доме. Посмотрите на все это, словно говорит он подчиненным. Работайте усердно, приносите доход моей фирме, и когда-нибудь будете жить так же.
А это на девяносто девять процентов чепуха. Никому из них не удастся достичь такого уровня, потому что они не Чарльтон Хаммернесс III.
Вот и он сам, стоит посреди гигантской кухни на заднем дворе, пока нанятый шеф-повар, окутанный дымом и шипением жарящегося мяса, готовит барбекю, суетясь и отдавая приказы помощнику. Неподалеку, в крытом баре за сверкающей стойкой, бармен готовит напитки для всех желающих.
— Пейдж. — Хаммер приветствует мою жену раскинув руки, в одной из которых стакан с выпивкой. — Ты все хорошеешь день ото дня.
На Пейдж красное платье без рукавов. И когда босс, ухватив ее за открытое плечо, притягивает, чтобы поцеловать в щеку, в моей груди начинает нарастать гнев.
Черт бы тебя побрал! Убери свои гребаные руки от моей жены!
Мимолетная гримаса на лице Пейдж и натянутая неловкость, с которой она принимает его объятия, не помогают.
— С днем рождения, Чарльтон, — проявляет она вежливость. — Как ваши дела?
— Отлично, просто замечательно, — все еще сжимая ее руку, говорит он вкрадчивым голосом, которым, как мне известно, обычно обращается к красивым женщинам. — Ты же меня знаешь. Я не стою на месте. На прошлой неделе мы одержали большую победу.
Почему он продолжает прикасаться к ней? Я перестаю дышать, когда жена раздраженно смотрит на меня и отчаянно пытаюсь найти способ вызволить ее, не разозлив при этом босса.
Затем Пейдж удается отодвинуться на дюйм, и Хаммер опускает руки. Кажется, проблема решена. Хотя, бросив взгляд на мою жену, можно понять, что она готова нанести удар.
— Да, поздравляю, — говорит она. — Вы, ребята, упорно сражались. — И все усилия окупились на славу. — она указывает бокалом в мою сторону. — Основная заслуга принадлежит Логану. Но мне не нужно напоминать вам, насколько грандиозную работу он проделал, не так ли?
Пока стону про себя, Пейдж отвечает на его ухмылку натянутой улыбкой. Мы встречаемся глазами и по ее взгляду понимаю, что теперь в долгу перед ней. Она, конечно же, не пыталась отвертеться от поездки на вечеринку. Не в этот раз. Всего через несколько дней, вполне вероятно, я могу стать первым адвокатом, которому предложат партнерство в «Стивенс и Хаммернесс» всего после шести лет работы в фирме. Пейдж знает, что я не могу себе позволить проигнорировать любую возможность укрепить свои позиции.
И вот сейчас передо мной основатель фирмы потягивает напиток и, шумно выдыхая, щурится на женщину, которую он когда-то нанял, выбрав из десятка других высококвалифицированных кандидатов. Потому что Пейдж — блестящий юрист, и он понимает, что фирма потеряла ценного сотрудника, когда она не вернулась после рождения Фрейи.