Он взял ее за руку и потащил за собой в свою палатку. Там нашлась и вода, и чистая ткань. Обработав раны, он аккуратно наложил повязки. Кольчугу он нашел еще вчера вечером, она стала мала его оруженосцу, а продать ее все не доходили руки, вот и валялась без дела. Он помог ей одеть тяжелую кольчужную рубашку, она была укорочена, лишь едва прикрывала бедра, для бега - лучше и не придумаешь. Поправляя тяжелую обновку у нее на плечах, он случайно прикоснулся к нежной щеке. Он хотел бросить взгляд на нее украдкой, но стоило ему глянуть в ее сторону, как он тут же попал под ее пристальный взор. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, чуть приоткрытые губы, кажется, что на них застыли какие-то так и не сказанные слова. Длинные пушистые ресницы, легкий румянец на бледных щеках, удивленно приподнятая бровь. Воплощение нежности... Несмелым движением он поправляет выбившийся локон, закладывает его за удлиненное ушко. Грубая ладонь в порыве нежности дотрагивается до нежной щеки, замирает сердце, останавливается дыхание. Она смотрит прямо в глаза, не отводит взгляд ни на мгновение. Так они стояли несколько бесконечно долгих секунд. Его ладонь прижималась к ее щеке, глаза смотрят в глаза. Без слов. Никто не мог произнести ни звука. Слова были не нужны. Все, что было сказано раньше, теряло смысл, исчезало в темноте прошлого. Одно неловкое движение, и вся подготовка Видящего не может помочь ему, он понимает, что должен убирать руку, что должен прекратить это, должен все вернуть к слову Никогда, но не может, это выше его сил. Ее забинтованная ладонь ложиться на его руку, прижимая ее к щеке, и она закрывает глаза, просто прижимаясь к его ладони. Это просто невыносимо. Другой рукой он привлекает ее к себе, обнимая за плечи. Ее лицо прячется у него на груди. Он прижимается лицом к ее волосам, они щекочут его нос, наполняя воздух вокруг ароматом полевых цветов.
- Мирриэль, - выдыхает он, все сильнее прижимая ее к себе.
Снаружи скрипнул снег под тяжелыми сапогами.
- Командор, вы на месте?
Легкой испуганной ланью она отстраняется от него, делая несколько шагов назад. Дав ей время на это, он ответил.
- Да, Вейт, заходи.
В палатку входит один из Видящих. Увидев хрупкую фигуру в нескольких шагах от командора, солдат смущенно откашливается.
- Простите, командор, если я не вовремя. Я могу зайти потом, я не знал, что вы не один.
- Все в порядке, Вейт, мы собирались на пробежку, вот подбирали подходящую нагрузку для нашей героини, - он натянуто улыбается, все еще задыхаясь от ее минутной близости.
- Последние сообщения, Кален, все более тревожны. Демоны становятся все сильнее, мы не можем больше дежурить у разломов, это становится слишком опасно. Их там слишком много, мы можем потерять всех людей.
- Я понял, Вейт. Нужно...
- Нужно идти туда и закрыть разломы. Так ведь, Кален? Ты одел на меня эту штуку, мне нужно тренироваться, закрытие разломов ничем не хуже обычной тренировки, идем туда, за сегодня я смогу закрыть несколько разломов. Разве не в этом мое предназначение? Вдвоем мы конечно не управимся со всеми демонами, но я так понимаю, там ваши люди есть. Справимся. Ну а туда, бегом, как и планировали.
- Мирра, ты себе руки до кровавых мозолей сегодня стерла, ты сейчас ни стрелять, ни кинжалом работать не сможешь и демоны - это не тренировка - это настоящий бой.
В ее глазах читается решимость, ничего с ней не поделаешь, если не пойти с ней, она пойдет сама. Вейт стоит у входа в нерешительности, никак он не мог ожидать такого поворота разговора. Махнув рукой, Кален начинает одевать свою кольчугу. Упрямица, с ней бессмысленно спорить. Да и права она. Кроме нее некому.
- Вейт, ты оставайся в лагере. Я помню месторасположение всех разломов. До ближайшего несколько часов неспешного хода. Бегом управимся в два раза быстрее, - он со звоном загоняет меч в ножны. Ну что же, героиня, вперед. Будешь отставать говори, сброшу темп.
Она звонко смеется.
- Командор! Ты забываешься. Я - эльф. Это ты не отставай.
Легкой тенью она выскальзывает из под полога палатки.
- Кален, - останавливает его Вейт, - Я Видел все. Я Видел твои чувства...Ты не можешь этого допустить. Ты же знаешь, что потом не сможешь ее отпустить...
- Да, друг, я знаю, - Кален кладет руку на плечо друга. - Но я не могу ничего с собой поделать, это сильнее меня, Вейт, это сильнее даже обата... Я держусь, но я знаю, что ее надо держать на расстоянии, вот окончим ее тренировки, и она уйдет, Вейт, и все встанет на свои места.
- Кален, друг мой, боюсь, что это уже не поможет тебе. Твоя аура, она изменилась, я Видел такое лишь несколько раз, Кален, если это не прекратить немедленно, для тебя не будет пути назад. Единственная дорога - в подземелье цитадели. Она сведет тебя с ума, Кален. Остановись!
- Не могу, Вейт. И если совсем уж честно, друг мой, не хочу. Каждый миг с ней, Вейт, стоит всей моей жизни без нее. Раньше я не представлял жизни без обата, теперь... теперь я не представляю жизни без нее, Вейт. Мне пора. Она ждет меня.
Он похлопал друга по плечу и вышел на яркий свет. Вейт прав. Его даром было видеть именно ауру человека, он был единственным в своем роде. Изменения в ауре, это уже неисправимо. Аура изменяется, когда приходит время Видящему уходить. Скоро это изменение почувствует Кара. Надо успеть отправить Мирру в поход, до того, как Кара увезет его. Нельзя чтобы она это все увидела.
Она ждет его у ворот. Стража так и не выпускает ее одну. За плечом у нее лук и колчан, на поясе кинжал. Она готова к схватке. Она весело ему кивает.
- Я заждалась тебя, учитель. Там твоим людям помощь нужна, а ты тут прохлаждаешься. Давай, веди меня.
Кивнув патрулю, Кален от ворот переходит на бег. Она догоняет его и легко держится рядом с ним, не снижая темпа. Его тяжелые следы остаются на снегу, рядом с едва заметными следами его спутницы, если бы не кольчуга, она совсем не оставляла бы следов, недаром эльфов называют легконогими. Он улыбается, вспоминая, как эта легконогая его скинула с себя, но его улыбку скрывает шлем. Опьяняющая свобода, свежий морозный воздух, белая скатерть на равнине. На мосту их не останавливают, командора сложно с кем-то спутать. Их пропускают без вопросов. Она легко его обгоняет, забегает вперед и бежит перед ним спиной, дразня его.
- Может, ты скажешь мне, куда мы направляемся, командор, пока ты туда доберешься, я уже закрою все разломы. Устроим пир с твоими воинами, пока будем тебя дожидаться.
- Следи за дыханием, нетерпеливая, успеем.
- За дыханием, командор? Это как? - она оказывается совсем рядом с ним, и бежит, удерживая его темп.
- Не болтай.
Она смеется и вырывается вперед. Оторвавшись на несколько десятков шагов, она начинает петь веселую песенку и пританцовывать.
- Почему тебя не было с нами у костра неделю назад? Там были песни, веселье и танцы. Даже Кара и Энель были там, а уж Энель куда как серьезнее тебя. Ах да, я забыла, ты не умеешь танцевать.
Она опять весело смеется.
- Ты зря не пришел. Я бы тебя научила, и больше ты бы не считался медведем на балу, все дамы с радостью шли бы с тобой танцевать, не боясь, что ты оттопчешь им ноги...
Она оборвала фразу и резко остановилась. Веселая улыбка пропала с ее лица, она напряглась. Когда он подбежал к ней, она лишь приложила свой палец к его губам, призывая к тишине. Голубой огонек сверкнул под ее кольчугой. Она сжала зубы.
- Рядом демоны. Я ... когда они рядом, я чувствую... это очень больно, - она закрывает глаза на несколько секунд. - Нашла. Идем.
Она уверенно шагает, ведомая сверхъестественным чувством. Большой камень ограничивает видимость, она уверенно шагает дальше. Кален пытается восстановить в памяти расположение ближайших разломов, но на карте это место точно не было отмечено. Но она не сомневается. Быстрый шаг сменяется осторожной поступью. Она оборачивается к нему и показывает рукой чуть вперед и вправо. Он аккуратно подходит к ней, и, укрывшись за грудой камней, осторожно выглядывает в указанном направлении. Там несколько призраков и разлом. Она снимает с плеча лук. Накладывает стрелу на тетиву, но перевязанные руки не дают хорошо держать лук и целиться, она злобно шипит и сдирает с рук ткань. Освободившись от перевязок, она вскидывает лук и пускает первую стрелу. Один из призраков, нелепо охает и исчезает, трое оставшихся осматриваются в поисках нежданного врага. Звонко срывается с тетивы вторая стрела, но призраки уже пришли в движение, стрела проходит сквозь призрак, останавливая его, но не уничтожая. Из укрытия выходит Кален с мечом. Увидев цель, призраки мчатся к нему. Он улыбается, ожидая их приближения. Еще одна стрела выводит очередного призрака из схватки, за спиной командор слышит приглушенные ругательства, бросив быстрый взгляд, он понимает, что начали кровоточить ее раны и кровь мешает крепко сжимать лук. Она откладывает лук, но он приказывает ей оставаться в укрытии, не высовываться. Два быстрых удара и оба призрака исчезают.