- То, что вы сейчас сделали, с одной стороны немного осложнит мое представление ваших интересов при дворе королевы, с другой стороны, вы продемонстрировали свою решительность и силу, а еще и милосердие, и справедливость, теперь, я очень сомневаясь, что кто-то захочет быть вашим врагом...
- Мать Жаклин говорила не о дворе, а о церкви.
Она мило мне улыбается.
- Вы не понимаете? Действительно? Церковь - это еще один орган управления, а идет управление из дворца. Что скажет двор, то и будет делать церковь. К тому же сегодня на площади, вы помогли одной женщине, об этом судачит весь город и просто ульем гудит собор, теперь, вы друг церкви, если того пожелает двор. Возможно, это конец ваших проблем... но ... есть вероятность, что двор сочтет вас слишком... могущественным ... соперником... или побоится что вы, можете стать таковым, не лично вы, Мирра, ваш орден... Тогда возможны ... осложнения... но я буду пытаться все это сгладить и сделать так, чтобы говорили о Хранителях, лишь самое хорошее. Теперь, я буду вашими глазами и ушами при дворе, но самое главное, Мирра, я стану вашим языком. Вы можете не сомневаться в моей преданности. А теперь, если позволите, я бы хотела вернуться к моим гостям.
Она делает реверанс и удаляется.
Возвращаюсь в дом. Никакого недовольного шепота, дамы делают мне реверансы, мужчины почтительно склоняют головы. Вот так. А всего-то и надо было поставить на место одного выскочку. Нахожу своих друзей и сообщаю о намерении покинуть этот прием.
- Все дела уже сделаны на сегодня. Вы как хотите, а я пойду к мягкому тюфяку, взбитой подушке и теплому одеялу.
- Сама доберешься? Или тебя сопроводить, мы с магом решили прогуляться по ... злачным местам..
- Конечно, доберусь, развлекайтесь.
Выхожу на улицу. Лавки еще работают, может все-таки зайти выбрать себе платье. Да, так и сделаю, лишним не будет. Только надо что-то... не знаю, посмотрю... я ничего не понимаю в платьях... Нахожу лавку, свет горит, дверь открыта, они что тут вообще спать не ложатся?
Захожу, мелодично звякает колокольчик над дверью. За прилавком тот самый мужчина, что сто раз меня благодарил днем.
- Вы пришли!! Как я рад!!! Я понимаю, вам несподручно будет со мной... выбирать что-то... сейчас я жену и дочь позову... они вам помогут...
Он убегает куда-то, через несколько секунд входит моложавая женщина в простом платье и девушка.
- Добрый вечер. Мы вам так признательны за бабушку, - заговаривает девушка. - Меня зовут Марта, я помогу вам определиться с выбором, а это моя мама, она сможет сразу же подогнать платье по вашим меркам. Для начала, скажите, что бы вы хотели?
- Я, честно говоря, даже не представляю. Это будет мое первое платье, я даже не уверена, смогу ли его когда-нибудь надеть. Я не часто бываю на приемах и балах... совсем не бываю... но.. вдруг придется, а у меня уже и платье есть...
Девушка загадочно улыбается.
- Вам же не для этого нужно платье? Правда? Есть кто-то, кому вы хотите в нем показаться?
Я смущенно киваю. Как все просто оказывается, даже девушка, которая видит меня в первый раз сразу все понимает... Надо научиться ... как-то не показывать этого что ли...
Девушка с мамой переглядываются и улыбаются.
- Вы не смущайтесь, просто я вам по секрету скажу, что влюблена и сразу увидела такой же блеск в ваших глазах. Так, чтобы выбрать правильное платье, мне нужно узнать больше ... о .. том какие вас связывают отношения...
- На данный момент - никакие. Когда я отправлялась в это путешествие... мы поссорились... - совершенно честно ответила я.
- Значит, вам нужно вернуть его внимание и сделать так, чтобы он уже больше никогда не захотел с вами ссориться, - девушка закусила нижнюю губу. - Знаю. Сейчас принесу, а вы пока что заходите сюда и раздевайтесь, будем мерить.
Я зашла в небольшую комнатку, сняла с себя всю одежду и приготовилась к ожиданию, но ждать долго не пришлось, дверь отворилась, и в комнату вошли мои одевальщицы.
- Так. Я могу вам предложить вот это золотистое, оно расшито камнями и когда он увидит вас в нем, то будет просто ослеплен вашей красотой.
- Нет, - сразу говорю я. - Оно слишком... большое... мне нужно что-то что я смогу увезти с собой сейчас положив в мешок и надеть при случае...
Девушка улыбается
- Конечно, какая же я не догадливая. Тогда вариантов остается только два, - она откладывает в сторону все платья с огромными многоярусными юбками. - Вот это нежного серого цвета, но на мой взгляд, для того чтобы вернуть мужчину, оно не очень подходит, уж слишком... скромное: длинный рукав скроет ваши чудесные плечи, ворот до самого подбородка не даст ему любоваться вашими ключицами и спрячет чудесную ямочку между грудей, да и простой прямой покрой, не сможет подчеркнуть вашу талию и шикарные бедра, а длина впол, скроет от его взгляда ваши стройные ножки. Вам так не кажется? Нам нужно что-то более откровенное, манящее... И у нас есть такое платье!
Она откладывает в сторону серебристо-дымчатое платье и в руках у нее остается что-то цвета морской волны под ярким солнцем. Изумрудно-голубое. Она подходит ко мне.
- Давайте, примеряем. Поднимайте руки.
Я поднимаю руки, и по моей коже струится нежный шелк, словно легкий ветерок охлаждает мое тело. Девушка что-то поправляет. А ее мать в это время ставит напротив меня огромное зеркало.
Это не я. Из зеркала на меня смотрит ... кто-то, но это точно не я. Нежное платье лежит на моей фигуре, как влитое подчеркивая все изгибы тела. Совершенство в простоте. Тонкая белая нижняя рубаха из нежного шелка, а поверх нее наброшена тончайшая ткань, изумрудно голубая с тончайшим рисунком из золота. Открытыми остаются и покатые плечи, и руки. Игривая ажурная завязка на нижней рубахе может регулировать глубину выреза: затяни чуть потуже и аккуратные мягкие складочки скроют грудь почти до ключиц, но стоит немного распустить тонкий шнурок и всеобщему обозрению предстанет ложбинка между грудей, и под легкой тканью без сборок легко будет угадываться ее очертания, будоража фантазию. Сзади цветная часть платья скрывает даже туфли, регулируется шнуровкой на уровне талии, а спереди, аккуратно огибая грудь, прикрытую лишь нижней рубашкой (оказывается у меня потрясающая грудь), поддерживая ее и делая фигуру еще более утонченной, шнуровка начинается под грудью и заканчивается там, где выступают тазовые косточки. При каждом движении из-под бирюзы верхней юбки мелькает белизна нижней, добавляя нежности и загадочности.
- Вот это то, что надо! Правда?! Он не сможет устоять. Единственным его желанием, когда он увидит вас в этом, будет увести в укромное место, покрыть все обнаженные платьем участки вашего тела поцелуями, а потом снять это платье с вас. Я думаю, после этого он уже никогда не захочет вас отпустить и уж тем более забудет с вами ссориться. А вот и перчатки к этому платью, - и она одевает мне на руки нежные перчатки, чуть выше локтя. - Поверьте, когда вы проведете рукой в этой перчатке по его телу, ну или хотя бы лицу, он не сможет забыть это прикосновение, все мысли выскочат из его головы, и он сможет думать только о вас. Мам? Скажи что-нибудь, ведь я права, да?
- Вы уж простите мою дочь. У нее в голове только любовь. Но в одном она права, безусловно, это платье... Вы просто неотразимы в нем. Оно очень подчеркивает вашу чудесную фигуру и цвет глаз, оно просто создано под ваши глаза. Вы - само очарование.
Отворилась дверь и вошла та самая пожилая женщина-проповедница.
- Дозвольте и мне взглянуть. Сын сказал, что вы тут наряжаете мою спасительницу, я не могла этого пропустить.
Она посмотрела на меня и на глазах ее выступили слезы.
- Ты прости меня, дитя, за глупые мои речи. Не ведала я, что обманывают нас в церкви, говоря гадости про Хранителей. Не могла я подумать, что остались еще среди вашего народа те, чьи сердца не ожесточены против людей. Моя внучка и невестка, молодцы, платье тебе очень идет. Позволь и мне тебя отблагодарить.
Она подошла ко мне.
-Негоже в таком платье и с такой прической, - она распустила тугой узел косичек у меня на голове, расплела все косички, расчесала волосы. - Мягкие у тебя волосы, но не послушные, говорят старцы, что по волосам характер можно увидеть. Вот и ты, видать, такая, как твои волосы. Мягкая, но упрямая. А волос у тебя красивый, как будешь это платье одевать, ты волосы-то не убирай, пусть они распущенными будут, уж очень ты хороша. А на память тебе, вот, заколка с камнями, ты когда капюшон-то свой сняла на площади я только глаза твои необыкновенные и запомнила, вот и заколку им под стать нашла, для тебя. Вот так одну прядку подколешь и все. Глаз от тебя не оторвать, дитя.