Минут двадцать Сашка потратил на изучение этого любопытного документа, отмечая про себя такие пункты, как: "Изготовление или хранение без цели сбыта самогона, чачи, араки, тутовой водки, браги или других крепких спиртных напитков домашней выработки, изготовление или хранение без цели сбыта аппаратов для их выработки влечет уголовную ответственность", "Скупка и перепродажа, с целью наживы, в небольших размерах водки и других спиртных напитков, влечет наложение административного взыскания в виде штрафа в размере от пятидесяти до ста рублей с конфискацией предметов спекуляции. Дела об этих правонарушениях рассматриваются народным судьей единолично в порядке, предусмотренном законодательством союзных республик".
Удивительно, ведь только он, не считая Сергея, заранее знал об этом указе, больше того, он готовился к нему, ждал его, но, не смотря на это, Сашка был просто ошеломлен.
Получается, что до конца он так и не поверил Кострову? Нет, поверил и сразу, и все-таки происшедшее его по-настоящему потрясло. Это дело необходимо было отметить и прямо сейчас. Берман направился к ближайшему гастроному и, подойдя к нему, замер от удивления. Винный отдел магазина буквально осаждала толпа людей, взвинченных до предела. Люди вели себя так, словно не пили уже год и от того, купят ли они сейчас бутылку, зависела их жизнь. Особенно удивило Бермана, что к прилавку рвались не только мужчины, но и женщины; и даже старые бабульки, которые раньше и не покупали вина, теперь пытались, во что бы то ни стало, купить себе бутылочку, про запас. Не удивительно, что толпа в несколько минут смела весь запас спиртного в магазине. Сашка видел, как заведующая с красным от злости лицом, кричит на покупателей. Те, в свою очередь, кричали на нее, требуя водки. Словом, начинался грязный, гнусный скандал. В этот момент возле магазина появился милицейский наряд. Пожалуй, что, пора было отсюда уходить. Берман повернулся и довольный пошел прочь от греха подальше. Душа его пела.
"Прав, прав оказался Сергей, народ, как с цепи сорвался. Теперь, только не спешить и быть осторожным, и все будет великолепно".
Глава 6
Всё впереди, всё пока, всё пока накануне...
Двадцать рассветов осталось счастливых...
Год сорок первый, начало июня.
Все ещё живы, все ещё живы,
Все ещё живы, все, все, все.
Феликс Лаубе.
Новая жизнь Сергею все больше нравилась.
Между тем, он стал замечать, что сам изменился. Нет, конечно он не мог ожидать, что останется таким же бесшабашным оболтусом, каким был раньше, все-таки двадцать лет жизни изменят кого угодно. Но речь шла не об этом. Все чаще, по ночам, ему снились странные сны. В этих снах он с кем-то разговаривал. Ему что-то рассказывали и объясняли, но, просыпаясь утром, он, как ни силился, ничего не мог вспомнить. Тем не менее, он стал гораздо спокойней и выдержаннее. Запомнился ему такой случай.
В баре, в тот вечер, было особенно людно. Их компания собралась за угловым столиком, где они потихонечку распивали коньячок. К ним подошел, какой-то нерусский и сказал,
- Это мой столик, я здесь сидел, а ну, убирайтесь отсюда. Конечно, всякое могло случиться, может быть, он и сидел там до их прихода, но, во всяком случае, никто его там не видел и уступать место не собирался, поэтому и внимания на его слова никто и не обратил. Парня это сильно разозлило. Он ударил кулаком по столу и закричал,
А ну, пошли вон отсюда!
В другое время, Сергей дал бы ему по башке, а тут, он посмотрел на парня и спокойно сказал,
Ну, что ты кричишь, генацвале? Успокойся, побереги здоровье, а то, видишь, оно у тебя и так плохое: голова кружится, в ушах шумит, ноги подгибаются.
Тут, к удивлению всех присутствующих, нерусский побледнел, зашатался и вынужден был схватиться за спинку стула, чтобы не упасть.
- Ну вот, видишь? - продолжил Сергей, - А ты еще скандалишь.
Иди-ка, спокойно домой и отдохни.
Самое интересное, что тот действительно поднялся и пошел на выход.
Не понял, что это с ним? - Спросил Берман.
Вежливость - великая сила, - ответил Сергей, но, кажется, не убедил Сашку.
Потом, как-то раз, в магазине, недалеко от его дома, плохо стало одной женщине. Пока народ вызывал скорую и давал ей понюхать нашатырь, Сергей подошел к ней, пошептал что-то над ухом, начертил в воздухе крест, и женщина пришла в себя. Когда приехала скорая помощь, она уже была в порядке. Сергей, конечно, постарался побыстрее уйти оттуда, но, непонятно каким образом, в округе стало известно об этом событии. Теперь, частенько, приходя домой, он встречал у парадной людей, которые ждали его, в надежде получить помощь. Сначала, это раздражало его, но потом он вынужден был с этим смириться, решив, что если может чем-то помочь людям, то обязан это делать. А, в общем, у него стало появляться чувство, что кто-то незаметно и, вроде бы, ненавязчиво, но очень твердо ведет его по жизни. Откуда появилось это чувство, он не мог сказать, но оно было и особенно усилилось после следующих событий.
Шел март восемьдесят шестого года. Сергей уже свыкся с этой жизнью, вошел в старую колею. Его уже не шокировала бедность прилавков и большие очереди за очередным дефицитом. Конечно, его злил откровенный цинизм правящей партии. Но, в отличие от себя прежнего и многих нормальных людей, живущих рядом, он не унывал, так как знал, что ждет эту партию в будущем, хотя и понимал, что большинство мерзавцев, которые правят сейчас страной, распевая хвалу Коммунистической партии и Ленину, точно так же будут лизать руки любому, оказавшемуся у власти. Он знал, что эта мразь неистребима и всегда, кто бы ни пришел к власти, девять десятых его окружения будут составлять эти люди. Но, в общем, новая жизнь ему нравилась. На работе его дела также продвигались в гору. Он потратил немало времени и сил, чтобы составить несколько программ для изготовления чертежей и составления спецификаций, выборки материалов, бухгалтерии и т. п. К хорошему очень быстро привыкаешь, и скоро в институте не могли понять, как раньше им удавалось работать без компьютера. В других отделах тоже захотели иметь компьютеры. А скоро к ним зачастили и из других организаций люди, для того, чтобы ознакомиться с работой этой штуковины. Познакомившись с ее работой, многие решали приобрести такую же, а, приобретя компьютер, они постоянно нуждались в расходных материалах, программах и консультациях. Так что, дела шли, хотя большой помехой были порядки, царившие в стране в 1986 году. Теперь все это звучит дико, но в те времена ни одна организация не имела права свободно приобрести необходимое оборудование, взять на работу человека, для которого не было места в штатном расписании. А деятельность Сергея, по тем временам и вовсе могла быть расценена, как преступная. Вот такие были времена и нравы. Невозможно было принести пользу Родине, чтобы тебя не посчитали преступником. Но Сергей упорно работал на свое будущее, благо ему было легче, чем другим. Повторяю, жизнь ему все больше нравилась. Казалось, эта история так и будет гладко катиться к счастливой развязке, но судьба играет человеком. Ложась спать, ты никогда, на самом деле, не знаешь, каким будет этот мир после пробуждения.