Скажите, пожалуйста! У него сложилось мнение, - полковник прямо трясся от злости, - Вы, что, великий физик? Нет? А, если нет, то и не лезьте не в свои дела. Люди, поумнее нас с вами, строили этот реактор. И этот реактор уже работает много лет и не только в Чернобыле. Вот у меня докладная академика Алексеева, где говорится о нарушениях, допущенных оператором. Полковник потряс перед носом Зиновьева листами докладной. Здесь прямо говорится, что некто Топтунов делал оперативные переключения, игнорируя прямые приказы академика, что и привело к катастрофе, и все это при вашем молчаливом согласии.
Вот видишь, товарищ майор? - влез в разговор Сергей, - Я же говорил, что эта сволочь начнет валить всю вину на операторов.
А ты молчи, - повернулся к Сергею Сидоркин, - C тобой мы еще разберемся, что ты за фрукт такой?
Ты сам помолчи и послушай, что я тебе скажу, - Сергей побелел от ярости, - Я тебя предупредил, о том, что будет катастрофа. Ты же плевать хотел на тех людей, которые там погибли и еще погибнут. Тебе и сейчас на них плевать. Ты здесь потому слюной брызгаешь, что тебе позвонил Щербина из ЦК, прикрывающий свой зад, и вставил пистон.
Костров на секунду замолчал и попытался взять себя в руки. По опыту он знал, что в таком состоянии, всегда делает глупости.
Впрочем, что с тобой говорить? Скажу тебе одно. Обещаю,
что ты будешь жалеть, о том, что сделал, всю оставшуюся
жизнь.
На полковника было страшно смотреть, казалось, еще секунда, и его хватит апоплексический удар. Красный, как рак, выскочил он из своего кабинета, и тут же из приемной в кабинет ворвались вооруженные люди в военной форме, скрутили Зиновьева и Кострова, надели на них наручники и повели к лифту, на котором и доставили их на нулевой этаж, который находился под землей. Здесь задержанных разделили и развели по разным камерам.
- Стоять, лицом к стене, - приказал охранник, и, убедившись, что команда выполнена, открыл замок камеры. После этого, он завел в нее Кострова, снял с него наручники и вышел в коридор.
Глава 19
Если места хватит - нарисуй
Лодку, с парусами ветром полными.
Уплыву, волки, вот вам...
Чтобы навсегда меня запомнили.
М. Круг.
Дверь камеры захлопнулась. Сергей осмотрелся по сторонам, Каменные, крашенные масляной краской стены, каменный потолок и такой же пол, тяжело давили на сознание. Окон не было совсем, металлическая дверь со смотровым глазком и топчан у стены, напротив двери.
"Замуровали демоны", - подумал он и невесело усмехнулся.
"Ну что же, раз я лишен возможности действовать, то я и не буду ничего делать. Мне необходимо расслабиться, а еще лучше, заснуть". - Сергей лег на топчан, расслабился, закрыл глаза и постарался заснуть, но после всего происшедшего в кабинете у Сидоркина, заснуть, никак не получалось. Тогда он стал вспоминать, как в армии, будучи в тренировочном лагере, он ушел подальше от всех, на вершину холма, лег на спину в траву и лежал так, глядя в высокое небо. И ему тогда показалось, что еще никогда он не был так свободен, что нет никакой армии, никаких командиров, а есть только он и это голубое небо, и он летит в небе, как птица. Сергей представил высокое голубое небо, мысленно потянулся туда, в голубую высь и не заметил, как заснул. Или, это был не сон? Слишком уж все было реально вокруг: легкий ветер развевает его челку, птицы щебечут в листве деревьев, и пахнет сеном, а он, еще маленький мальчик, стоит на склоне Машука. Рядом с ним его приятель Колька, измазанный ягодами тутовника. В волосах у них воткнуты черные куриные перья. Они восхищенно смотрят на открывшуюся перед ними величественную картину. Там на западе солнце садится за гору Бештау, и ее могучий силуэт чернеет на фоне алого неба.
Ну вот, - говорит он приятелю, - Опять не успели домой к ужину. Теперь снова влетит от бабки.
Ха, - отвечает ему приятель, - Бледнолицые беспомощны, как слепые котята. Если у них нет времени, они не знают, что делать? Если индейцу не хватает времени, он просто идет во времени назад.
Как это, назад? - Не понял Сережа.
Дай мне твою руку, Соколиный Глаз, а теперь надо очень захотеть очутиться во времени раньше. Ты просто ныряешь во время, как в волну и выныриваешь уже в прошлом. Впрочем, Великий Змей сможет сделать это за нас двоих. Смотри, - он взял Сережу за руку, зажмурился, и вдруг, мир перед глазами Сережи качнулся, и вот уже вокруг было светло, и солнце стояло в зените, и сами они были не на склоне Машука, а в питомнике, где лакомились тутовником.
Тут загремел засов, раздались чьи-то тяжелые шаги и голос,
А ну, встать!
Сергей открыл глаза, первое время не понимая, где он? Наконец он пришел в себя. Перед ним стоял прапорщик с общевойсковыми петлицами.
На выход! - скомандовал он и повел Кострова по длинному коридору. Дважды свернув налево, они остановились перед дверью какого-то кабинета. Прапорщик открыл дверь и посторонился, одновременно подталкивая вперед Сергея.
В этом кабинете также не было окон. Напротив двери стоял письменный стол, за которым сидел гражданин среднего возраста, в сером, недорогом костюме и в очках. По виду он больше всего походил на бухгалтера.
Присаживайтесь, пожалуйста, - указал он Сергею на стул,
И, пожалуй, начнем.
Ваша, фамилия имя и отчество? - Бросил он взгляд на Сергея.
Костров Сергей Дмитриевич, и прежде, чем вы продолжите ваш допрос, разрешите у вас спросить, на каком основании я задержан?